Книга Во власти зверя, страница 2 – Анна Владимирова

— Простите, вся информация только для членов семьи, — отбрила врач, и между нами захлопнулись двери машины «скорой помощи».

***

— Прошу… — Мне кивнули в сторону выхода из допросной.

Только в Клоувенсе можно было почувствовать себя одновременно свободным и загнанным в клетку. Преодолеть омерзение в этот раз было сложнее. Рука сжалась на сумке так, что пальцы побелели. Но я молча закинул ее за плечо и шагнул к дверям.

Я был дома.

***

Вот что ей сказать? Правду? Будет переживать…

— Мам… я просто устал.

— А правду? — даже не задумалась она.

И я усмехнулся.

— Люблю тебя.

— Это прекрасно, — улыбнулась она. — Но хотелось бы другую правду.

— Я выбрал неправильную женщину.

Снова.

— Вот как… — нахмурилась она.

— Да…

— И чем она неправильная?

— Она чужая, — улыбнулся я. — На тебя чем-то похожа…

Мама улыбнулась:

— Ну неужели такая уж и неправильная?

Я вздохнул:

— Смотря с какой стороны посмотреть.

Сам при этом посмотрел в чашку с чаем. На ее поверхности как раз кружили две чаинки… Красиво так кружили, завораживающе… Только откуда-то с края нарисовалась еще одна — ворвалась в нежный танец, отбила одну… и потопила другую.

— …А еще ты должен помнить Лану… — донеслось до меня уже из привычного далёка.

— Лану? — оторвал я взгляд от чая.

— Вы с ней дружили, когда вам было по восемь… Лазили по камышам за утками…

Я вежливо усмехнулся, и это словно опустошило. В эту секунду едва не взвыл от тоски — так сдавило внутри. Я даже не думал, что меня зацепило настолько. Казалось, Вику отдать было невыносимо тяжело. Арджиев ее мучил поначалу, а я готов был себе хвост отгрызть за тупость и нерешительность. Будь я настойчивей…

— Черт… — тихо ругнулся и протер лицо.

Меня снова утаскивало в прошлое. И ведь все уже были счастливы и на месте, значит, не о чем жалеть. Только я счастлив не был. А этот год с Лали выкрутил меня морально досуха.

— …Она вернулась в пригород недавно. Одна…

— Кто? — очнулся я.

— Лана.

— Если у нее нет медвежонка, рожденного от какого-нибудь медведя, и проблем с этим медведем, то у нас нет шансов…

— Кажется, нет, — тихо выдохнула она, округлив глаза.

— Тогда точно ничего не выйдет, — заполнил я неловко паузу и поднялся. — Пойду посплю…

***

Исследовательский институт Клоувенса — место, где мне предстояло отбывать наказание за мою свободнуюжизнь — на удивление благодушно приняло меня, как блудного сына.

— …Отделение реабилитации перенесли на четвертый этаж, — рассказывала Шарлиз, заведующая кафедрой иммунологии и моя фанатка. Она шла впереди по коридору, наверняка рассчитывая, что я оценю не только свежий ремонт в крыле, но и ее короткую юбку, позволяющую демонстрировать слишком много преимуществ кафедры сразу. Когда-то я велся на все это. Но сейчас хотелось безудержно зевать.

— Что, спасенных стало настолько больше? — скептически заметил я.

— Ну не ты тут не единственная надежда, — обернулась она, призывно усмехнувшись. — Мы тоже работаем.

— Молодцы, — напыжился я, сложив руки на груди. — А кофе тут такой же вкусный?

— Тяжелая ночь? — сощурилась она.

Я привык не спать ночами с сыном Лали. И все не мог отвыкнуть — вскидывался каждый час, потому что мне казалось, что приборы взвыли.

— Да. Какие мои годы?

— Ну пойдем, — кивнула она вперед. — У тебя сегодня единственный пациент.

— Пациент? — усмехнулся я. — С каких пор мне доверяют пациентов?