Книга Между Пламенем и Тьмой. Академия Пограничья, страница 68 – Лена Бутусова

– Вытащи его, – крылатый повторил, глядя на меня исподлобья.

Я перевела взгляд на раненого, и на мгновения наши глаза встретились. И я снова утонула в Бездне. Бездна заволокла меня: мое тело, мое сознание – потащила куда-то прочь, в небытие… и единственным реальным в этой Пустоте был взгляд Тарлана, его глаза, которые хоть и были чернее мрака, но сияли в Бездне, словно две яркие звезды.

«Верь мне…» – эхом прозвучало в моей голове, и я рванула кинжал из груди крылатого.

Пурба, скользкая от нашей крови, сразу же вывернулась с пронзительным визгом и метнулась куда-то в сторону. Но мне было уже не до нее. Я склонилась над Тарланом, прижав руки к ране в его груди, пытаясь замедлить кровотечение и глядя на него с испугом и ожиданием.

– Все хорошо, – крылатый снова улыбнулся, и с его губ стекла еще порция крови. – Все будет хорошо, помоги мне встать.

– Но как?.. – ошеломленная, я все-таки подхватила крылатого под руки, давая опору, и он поднялся на ноги, одной рукой облокотившись на мои плечи, другой зажимая кровоточащую рану.

Повернулся к Верховной. Проговорил ровным голосом, словно это не он только что получил дырку в груди:

– Инициация состоялась. Лена теперь моя ученица. Если у кого-то есть возражения, прошу высказать их сейчас, – он обвел присутствующих спокойным взглядом.

Часть магов была занята тем, что ловили Пурбу, остальные мялись в нерешительности.

– Они оба из закрытого мира, – наконец подал голос один из присутствовавших, немолодой мужчина, с тараканьими усиками и высокими скулами. – Но если у мужчины сила созидательного характера, то девочка… Ты уверен, что справишься, крылатый? Ты… давно не брал учеников.

– Справлюсь, – Тарлан кивнул. Казалось, силы на глазах возвращались к нему, он уже не так тяжело опирался на мои плечи. – Это особый случай.

– Надеюсь, что так, – мужчина с усиками с сомнением покачал головой. – Не хотелось бы подвергать Пограничье лишней опасности. Их и без того тут немало.

– Тем более, одной больше, одной меньше, – крылатый улыбнулся так беззаботно, что мнестало не по себе. Не та была ситуация, чтобы улыбаться и шутить. Мы оба были перепачканы кровью, мои искусанные Пурбой руки наливались свинцовой тяжестью, а Катарина сверлила меня таким взглядом, от которого впору было сгореть на месте заживо.

– Отвечать тебе, крылатый, – усатый с сомнением поджал губы и отвел взгляд.

– Я и отвечу. Не впервой, – Тарлан обнял меня, уже не столько опираясь на мои плечи, сколько ободряя меня саму.

Повернул голову ко мне, но я не решилась поднять на него глаза:

– Ну, а теперь идем в лазарет, таирни [*]. Я надеюсь, ты помнишь дорогу?

_____________________

[*] таирни– ученик/ца

Дорогу я, разумеется, не помнила, но Тарлан вел меня вполне уверенно и, казалось, больше вовсе не нуждался в моей поддержке. Хотя при этом продолжал обнимать меня за плечи – вполне покровительственно, но в то же время ласково. А я не сопротивлялась: такой ведь хороший предлог, чтобы идти рядом. Никто не осудит за помощь раненому.

Лазарет снова встретил меня запахами лекарств и бинтов и спокойной тишиной. Увидев на пороге двух окровавленных пациентов, к нам тут же бросилась пара медичек во главе с Катарой.

– Главнокомандующий Тарлан, вы себя совсем не бережете! – она проворчала показательно строго, привычными движениями подготавливая койку для раненого. – Что будет с Пограничьем, если с вами что-нибудь случится?