Книга Княжий венец, страница 210 – Анна Михайлова

К шатру кагана, раскинувшему хищные черные крылья в центре, вел настил из свежесрубленных досок. При нынешней погоде – незаменимое дело, чтоб по колено в грязь не провалиться.

Перед входом в шатер стояли два огромных стражника с копьями и в полном боевом облачении. Велеслав неторопливо спешился. Охранники покосились на меч князя, но Ришад отрицательно мотнул головой, и они смолчали. Да и не отдал бы он им оружие, даже если бы рискнули попросить. Провожатый откинул расшитый войлочный полог и сделал приглашающий жест. Пора. Сейчас все и решится.

Не колеблясь, князь переступил порог. Теплый воздух пахнул в лицо, вызывав оторопь. В шатре было почти жарко от нескольких жаровен с алеющими злыми всполохами углями. Так вот в кого Тами такая мерзлячка! У дальней стены стоял поблескивающий в лучах многочисленных светильников золотой, украшенный резьбой и каменьями трон. На нем восседал еще не старый мужчина с неприятно-надменным лицом. Высокая массивная золотая корона, казалось ничуть его не тяготила. Поверх лежал традиционный плат благородного голубого оттенка. Массивные золотые украшения опускались на грудь, смешиваясь с золотым узором богато расшитых одежд.

Аромат курильниц слабо щекотал ноздри чем-то теплым, уютным, заставляя забыть про царящую за пологом сырость и холод.

Каган был не молод, новсе еще крепок. Смуглое хищное лицо со шрамами и с переломанным носом говорило о том, что он не чурался участвовать в битвах самолично. Короткая седая борода не скрывала мощного упрямого подбородка. Но глаза – холодные безжалостные глаза, словно выцветшее небо, не сулили ничего хорошего. С этой ледяной же невозмутимостью он посылал как в бой, так и на казнь. А улыбка, казалось, никогда не трогала крепко сжатые губы.

«Неужели Тами его дочь?» - мелькнуло в голове у князя. Ведь ничем не похожа нежная девочка на этот кусок равнодушного камня.

Но раздумывать было некогда.

- Здрав буди, каган валорский, - кивнул восседавшему на троне. Не кланяться же! Равны они, хоть и пытается валорец подчеркнуть, что он выше. Хотя бы, потому что – восседает на троне. Не делая даже попытки подняться. Промолчал валорец, будто нет у него желания разговаривать. Через несколько мгновений нехотя разжал губы.

- Вечного Неба над твоей головой, князь миргородский, - произнес хрипловатым голосом мужчина. Пободался несколько секунд взглядами, потом, будто через силу поднялся, - я на чай тебя позвал. Проходи.

Он указал рукой на низкий инкрустированный золотом столик, что стоял на роскошном ковре в окружении ярких шелковых подушек с пушистыми кистями.

Мужчины молча уселись друг напротив друга, испытующе глядя друг на друга. Спустя пару мгновений валорец все же протянул к чайнику руку, украшенную массивными перстями.

На столике, помимо небольшого чайника и двух пиал, стояли тарелочки с засахаренными фруктами и крошечными печеньями в меду, посыпанные зеленой крошкой. Велеслав мгновенно вспомнил слова ненаглядной о том, что она обожала в детстве сладкую выпечку с фисташками. Мимолетная улыбка тронула губы. Любая мысль о ней теплом в душе отдавалась.

Каган налил гостю полную пиалу светло-желтого напитка. Сделал вновь приглашающий жест, но Велеслав даже не протянул руку.

- Отчего не пьешь? Я же позвал тебя на чай, - хозяин шатра демонстративно прихлебнул напиток из своей пиалы.