Книга Смерть, страница 77 – Лора Таласса

Я плотнее сжимаю губы, чтобы не выдать себя, хотя все равно чувствую, как нижняя губа предательски дрожит.

Всадник подводит меня к стульям у колченогого стола, но я слишком взвинчена и не могу сесть.

Нужно уходить…

– Как вы узнали, что я убегаю? – обращаюсь я к нему, отводя взгляд. Мне кажется, что глаза меня выдают.

Выпустив мое плечо, Мор внимательно смотрит на меня сверху вниз. Мне кажется, он видит мое потрясение и вообще читает все по моему лицу, сделавшемуся за последние месяцы страшно осунувшимся и утомленным.

– Мы с Войной и Голодом продолжаем гоняться за Смертью и заметили, что он путешествует один, а ведь нам известно о твоем существовании. А если связать это с тем, как он петляет, и с поднятыми мертвецами, становится очевидно – он ищет тебя.

В ушах оглушительно грохочет пульс. Я и так знала, что Танатос гонится за мной, но подтверждение Мора делает это знание неприятно реальным.

– Как тыменя нашел? – интересуюсь я, а Бен продолжает завывать.

Мор берется за спинку одного из кухонных стульев.

– Не так уж много на свете женщин по имени Лазария, а мы с братьями, в отличие от Смерти, охотно общаемся со смертными. Удивительно, как далеко можно продвинуться в поисках, задав всего несколько вопросов.

Все равно от этого берет оторопь, учитывая, как недавно я в Орандже.

– Смерть далеко? – Необходимо понимать, каким временем я располагаю.

– Милях в двадцати, – звучит ответ Мора.

На миг я прикрываю глаза. Совсем близко, а значит, сегодня же я должна отправиться в Порт-Артур и купить билеты на корабль. Но Бен не можетплыть в таком состоянии, ему нужен врач. И лекарство. И покой. Только если мы не сбежим сейчас, скоро все вообще может закончиться.

Мор продолжает:

– В последний раз, когда мы проверяли, Смерть двигался в противоположном направлении, так что у вас есть, полагаю, день или даже два до его появления.

Тоже не слишком много. Я крепче прижимаю к себе Бена, хотя от этого его крики только усиливаются.

– Почему ты здесь, зачем меня предупреждаешь? – Это не дает мне покоя.

Мор отвечает тяжелым, внимательным взглядом, в котором, клянусь, я вижу почти отцовскую заботу.

– Голод, Война и я так и не закончили разговор с тобой, – напоминает он. – А хотелось бы. – Глаза всадника останавливаются на Бене, который продолжает плакать. – Но сейчас, кажется, не самое подходящее время. – Всадник изучает моего сынишку более внимательно. – У него инфекция, и она распространяется с каждым часом. Ему нужны антибиотики, Лазария.

Это уже слишком. Согнувшись и повесив голову, я сама начинаю плакать.

– Ну, ну, – утешает Мор.

Этот громадный тип – медведь, а не человек, – притягивает меня и Бена к себе и обнимает. Он сжимает нас крепко, надежно и почти тут же отпускает. Только рука остается на моем плече, которое он поглаживает, подбадривая меня.

– Все хорошо. Все будет хорошо. – Как уверенно он это говорит. – Вытри глаза.

В его голосе такая сила и твердость, что мне удается совладать с собой.

– Что мне делать? – прерывистым голосом спрашиваю я.

– Займись своим мальчиком – разыщи врача, дай ему антибиотик. Не волнуйся, он поправится. Когда будешь готова, приходи ко мне и братьям. Мы остановились на заброшенной ферме на выезде с 3247-й магистрали. Серо-голубой дом с красной дверью, на которой большая железная звезда.