Книга Смерть, страница 162 – Лора Таласса

Подхватываю заваливающегося всадника. Напавшие устремляются к нам.

– Смерть, – шепчу я, гладя его лицо.

Я знаю, он мертв, знаю, что для самосохранения мне надо бросить тело и сражаться, но я парализована паникой от вида обмякшего на моих руках всадника. Не удержавшись, всхлипываю.

Сколько раз я видела его мертвым? Раз десять? Больше?

И никогда я не чувствовала ничего подобного. Словно весь мир рушится вокруг меня. Я не могу дышать.

Мимо со свистом пролетает еще стрела, задевая мое плечо. Вскрикнув, зажимаю рукой рану, но боль вырывает меня из скорби.

Вставай, Лазария!

Заставляю себя подняться. Руки скользкие – они по локоть в крови всадника. Хорошо еще, что я перед сном решила надеть просторную рубашку и белье. Я не всегда поступаю так, лежа рядом со Смертью.

– Не попорти девку! – кричит кто-то.

Вот тут я по-настоящему замечаю приближающихся ко мне вооруженных людей.

Я давно перестала носить клинки. Зачем, если теперь я делю ложе со своим смертельным врагом? Он был единственным, для кого я их берегла.

Только теперь, когда темные фигуры громят наш лагерь, я сожалею об этом. Слышу, как они роются в наших вещах и присвистывают, когда находят что-нибудь интересное.

– Тварь мертва? – спрашивает низкий мужской голос.

– Лучше бы так, – отвечает ему другой.

– Хватайте женщину! – приказывает третий.

Встаю в стойку, готовясь к бою и наблюдая за темными фигурами. Может, у меня и нет клинков, но я вовсе не беззащитна.

Первый мужчина подскакивает ко мне, хватает за предплечье, но чужая рука, коснувшаяся меня, тут же падает, а мигом позже я слышу глухой стук ударившегося о землю тела.

В замешательстве смотрю в сторону упавшего, но ко мне уже тянется кто-то другой. Бью его кулаком в нос.

– Твою мать! – визжит он, отпуская меня.

Очередной мародер пытается схватить меня сзади, и я с силой пихаю его локтем в живот. Он кряхтит, пятясь. Разворачиваюсь и шагаю к нему. Вижу кинжал в ножнах у него на бедре и делаю отчаянный рывок к оружию.

Пальцы касаются рукояти, но тут новый мужлан нападает на меня сбоку.

Ударяюсь оземь головой, да так, что клацают зубы.

Но я продолжаю биться. Лучше погибнуть в бою, чем пережить то, что они запланировали для меня.

Нападающий хватает меня за руку, но тут же оседает, скорчившись. А у меня нет времени думать о нем, потому что еще один тип придавливает меня коленями, и я извиваюсь, пытаясь сбросить его.

– Прекрати… сопротивляться… сука, – цедит он, приближая ко мне рожу.

Со всей силы бью его лбом в нос и улыбаюсь, слыша хруст. Мужик коротко взвывает.

Я не вижу, как взлетает его кулак, зато хорошо чувствую, как он врезается мне в лицо. Голова запрокидывается, а боль так сильна, что я не могу ни вдохнуть, ни закричать. Но прочувствовать все сполна мне не дают. Кулак обрушивается на меня снова, и снова, и снова. Я пытаюсь прикрыться, но бесполезно. Кулак продолжает подниматься и опускаться, избивая меня.

– Не убивай ее! Не убивай! – кричит кто-то.

Мужчина не отвечает и не останавливается, пока кто-то не оттаскивает его от меня.

Другой мародер рывком ставит меня на ноги. Я шатаюсь – и ночь вокруг уступает место другой, куда более кромешной тьме, в которую я с радостью проваливаюсь.

______

Прихожу в себя от тупой пульсирующей боли. Плечи и запястья саднит. Морщась, пытаюсь пошевелить руками, но это не удается. Моргаю, прихожу в себя и осматриваю окружение.