Книга Смерть, страница 160 – Лора Таласса

– Хорошо, кисмет.

Так просто. Через пять минут мы снова сидим на коне Танатоса.

Позади нас рушится дом, словно навеки рассыпается старая изношенная мечта. Событие печальное, но давно назревшее.

Заставляю себя отбросить мысли о семье, которая жила там когда-то, – меня и без того преследует слишком много призраков.

И новых мне не надо.

Я слышала, что люди могут привыкнуть практически к любой ситуации. Не знаю, правда ли это, но я привыклак такому образу жизни – путешествовать, вставать лагерем и опять путешествовать.

Даже привыкла к Смерти и нашим… взаимоотношениям.

– Открой мне еще какой-нибудь секрет, – прошу я, откинувшись на расстеленные на земле одеяла. Рядом стоит блюдо с едой и вино, скелеты и их повозки окружают нас.

Танатос лежит на боку в одних лишь штанах. Свет татуировок подчеркивает его резкие черты.

– Хм… – Он водил пальцами по моему лицу, но теперь рука его переползает к пуговицам на моей рубашке. – Я не хочу рассказывать, но я тебе покажу.

Понятия не имею, о чем это он.

Танатос расстегивает на мне рубашку и стягивает ее. Потом приходит очередь лифчика. Потом штанов, сперва моих, затем его.

У меня вырывается смешок.

– Что ты делаешь?

В этомсмысле между нами уже давно нет никакихсекретов.

Смерть заканчивает раздевать меня, притягивает к себе, обвивает мои ноги вокруг своей талии. Объятия получаются теснее некуда.

– Ты показала мне, как люди занимаются сексом, – говорит он, поднимая меня и вставая сам. Черные крылья раскинуты за спиной всадника. – Теперь пришло время мне показать тебе, как это делают ангелы.

И он взмывает в воздух. Крылья хлопают, с каждым мощным ударом поднимая нас все выше и выше в холодное ночное небо.

Я вцепляюсь в Танатоса,крепко обнимая его за шею, прижимаясь щекой к его щеке. Темные волосы всадника щекочут мою кожу. Неважно, что Смерть уже летал со мной на руках прежде; страх не покидает меня и только растет. Земля осталась далеко-далеко внизу.

– Расслабься, – выдыхает он. – Я тебя держу.

Пытаюсь, правда пытаюсь, но когда небеса рокочут вокруг нас, словно надвигается буря, я стискиваю Смерть еще крепче.

– Лазария, я держу тебя, – повторяет он, гладя меня по спине. – Клянусь.

Нехотя я чуть-чуть ослабляю хватку. Ухитряюсь даже приподнять голову, но тут небо озаряется вспышками. На миг черты Танатоса заслоняет проявившийся поверх череп. Потом он исчезает.

– Твое лицо…

Я уже видела такое несколько раз раньше, но жуткое зрелище по-прежнему выбивает меня из колеи.

– Жизнь и смерть любовники, кисмет, – шепчет он, немного смещая мои бедра. – Мылюбовники. Так было всегда, и так всегда будет.

С этими словами Танатос входит в меня. Ахаю и крепче обхватываю его. Держаться не за что, кроме самого всадника, и это пугает и возбуждает разом.

Его член растягивает меня, и разве есть на свете что-либо приятнее?

– Я хочу услышать твои стоны, кисмет, – выдыхает он мне в ухо.

И когда я не отвечаю сразу, он ныряет к моей груди – и целует ее, сильно, страстно, почти вгрызаясь в сосок.

Теперь я действительно стону и слегка сдвигаю ноги, чтобы было удобнее. Он вонзается в меня снова и снова, а крылья за его спиной борются с ветром. Член Смерти бешено входит и выходит, входит и выходит.

– Танатос, – срывается с моих губ его имя.

– Нет ничего лучше, чем погружаться в твое плотное тепло, – говорит он и целует меня под подбородком. – Я хочу наполнять тебя собой, хочу, чтобы ты никогда не забыла, что я был там.