Книга Изгнанник Ардена, страница 77 – Софи Анри

И не только из-за боли в ране.

Она переживала о будущем. О том, что Тристан вряд ли будет и дальше нянчиться с ней, как с малым ребенком, и попросит где-нибудь затаиться, пока не отыщет Бернарда Этира. Скорее всего, он посоветует ей остаться в Ардене. Рано или поздно Адалине все равно пришлось бы пойти своей дорогой, но, обретя союзника в лице Порочного принца со скверным характером, но таким добрым сердцем, она не хотела вновь столкнуться с одиночеством.

Она перевернулась с бока на спину, кряхтя от боли словно старуха, и снова попыталась уснуть. Попробовала даже мысленно посчитать овец, но ничего не вышло. Во рту пересохло, а в горле стоял ком. Адалина приподнялась на локтях и осмотрела залитую лунным светом комнату в поисках графина с водой, который обнаружился на столике у противоположной стены.

– Придется встать, – пробормотала она и откинула одеяло.

То, что это не самая лучшая ее идея, Адалина поняла, только когда с великим трудом спустила ноги на пол и, уперевшись ладонями в матрас, начала вставать. Бок пронзило с новой силой, и она тихо вскрикнула. В теле после четырех дней, пока она лежала без сознания, все еще ощущалась слабость.

Она не сможет дойти до стола самостоятельно и просто распластается посреди комнаты.

– Тристан, – охрипшим голосом позвала Адалина, надеясь, что бревенчатые стены не слишком толстые и он ее услышит. Но в соседней комнате стояла тишина.

Она повторила его имя громче, а потом и вовсе постучала по стене.

По-прежнему никакого ответа.

– «Зови меня. Я приду», – передразнила она его, недовольно насупившись.

Жажда усиливалась, а путь до стола с графином представлялся ей как непреодолимое препятствие.

Какое-то время Адалина просидела на кровати, даже позвала Тристана еще раз, но, не дождавшись ответа, собралась с духом и встала сама. Перед глазами все поплыло, и она несколько раз моргнула, пытаясь прояснить зрение. Ноги дрожали, но ей удалось устоять.

«Хороший знак»,– подумала она и сделала несколько неуверенных шагов.

Рана давалао себе знать, но боль была терпимой, и медленными движениями Адалина дошла до середины комнаты. Это придало ей уверенности, и она подумала, что так же успешно доберется до графина с водой, но внезапно в глазах снова помутнело. Ноги налились свинцовой тяжестью, а плечи, наоборот, затряслись. Адалина попробовала сесть на пол, но острая боль в боку сковала ее тело, и она не знала, как ей быть дальше.

– Кто-нибудь… – тихо проскулила она, чувствуя себя такой жалкой, что хотелось разрыдаться от собственного бессилия.

Дверь в комнату распахнулась, и на пороге возник Тристан. Он тут же поспешил к ней.

– Адалина, зачем ты встала?

– Вас пока дождешься, – сказала она, стараясь скрыть за сарказмом свою слабость.

Тристан подошел ближе, осторожно обхватил ее за талию, избегая рану, и с легкостью поднял ее на руки, будто она ничего не весила. Адалина подняла на него взгляд и затаила дыхание. Тристан смотрел на нее так пристально, даже не моргая.

– Лекарь сказал, что кинжал не задел важные органы, так почему же я так долго восстанавливаюсь? Не хочу быть беспомощной и зависеть от кого-то, – раздосадовано произнесла она, глядя на ворот рубашки Тристана и избегая его взгляда.

– Адалина, ты даже не представляешь, как много крови потеряла. Еще немного и… – Дыхание, опалявшее ее лицо, стало вдруг прерывистым. – Поэтому силы возвращаются медленно. Тебе нужно больше отдыхать и спать. Вот зачем ты встала? – Тристан донес ее до кровати и осторожно уложил на одеяла.