Книга Серебряные крылья, золотые игры, страница 71 – Иви Марсо

Внезапно я вскакиваю и, спотыкаясь, спускаюсь со сцены. Мои ноги подгибаются. Мои губы дрожат. Крики зрителей преследуют меня, но я словно принадлежу другому миру.

Я толкаю дверь таверны, задохнувшись от прохлады ночи, которая обрушивается на меня, как ведро холодной воды.

Через секунду на улицу на хрустальных каблуках выбегает Ферра.

― Миледи!

Я прислоняюсь спиной к кирпичной стене, делая глубокие вдохи.

― Я в порядке. Мне… просто нужен воздух.

На секунду мне кажется, что я сейчас разрыдаюсь, ― кровь все еще бурлит от этого странного ощущения выхода из тела.

Но тут Ферра восклицает:

― Что ж, неудивительно, что тебе нужен воздух; он практически засунул свой массивный члентебе в глотку!

Ее губы подергиваются, а я вспоминаю, как извивались бедра актера у моего лица, и не успеваю опомниться, как мы обе падаем спиной на стену в приступе смеха.

― По крайней мере, одна его часть была впечатляющей, ― замечаю я.

― Уж точно не его актерская игра. ― Ферра прислоняется ко мне и хихикает. Когда мы вытираем слезы с глаз, она берет меня за руку. ― Пойдем. После такого выступления тебе нужно выпить еще.

Я смеюсь, прижимая руку к животу.

― Еще немного алкоголя, и могут возникнуть проблемы.

Мимо нас проходит пьяный, раскачиваясь и напевая старую балладу фей. При обычных обстоятельствах я бы не решилась показаться пьяной в общественном месте, но все остальные на Улицах Греха ведут себя так же бесстыдно. В воздухе витает смесь густого опиумного дыма, звуков уличных музыкантов и возгласов проституток, поддразнивающих любого мужчину, у которого в кармане звенят монеты. Не говоря уже о стонах, доносящихся из-за занавешенных окон борделей.

― А теперь выкладывай. ― Голос Ферры понижается, когда она просовывает свою руку в мою. ― Стрелу Райана можно сравнить со стрелой честного Артейна?

Я отшатываюсь, пораженная.

― Откуда мне знать?

― Ты хочешь сказать, что не кувыркалась в простынях с мужчиной, которого желает каждая дюренская женщина?

― Я не из Дюрена, ― говорю я.

Она бросает на меня хитрый взгляд.

― Тогда, может быть, ты расскажешь мне все о… кхм… Вульфе Боуборне?

Дыхание перехватывает в горле.

― Ферра!

― О, не надо этого. Я была в ложе Бессмертных во время представления. Я видела, как он перекинул тебя через плечо, словно делал это уже не раз.

Паника поднимается, как прилив, и захлестывает меня. Нас с Бастеном повесят, если об этой интрижке узнают. Не говоря уже о том, что придет конец нашей неудержимой потребности друг в друге. Тайным прикосновениям. Взглядам через всю комнату, которые говорят, что я ― все, о чем он думает.

Но все должно закончиться ― Бастен никогда не полюбит меня так, как Артейн любил Солену.

Ферра внезапно замирает в своих хрустальных туфельках, когда из ее горла вырывается странный, неразборчивый звук. Ее взгляд устремлен на окно, выходящее на улицу. Аляповатая кружевная занавеска указывает на то, что это еще один бордель, но, в отличие от других, эта занавеска распахнута.

Внутри мужчина с короткими седыми волосами нагнул женщину над кроватью и трахает ее сзади, его голая задница сжимается при каждом толчке. Одно это зрелище шокирует, но как только я вижу, во что одета проститутка, я понимаю, почему Ферра побледнела при виде именно ее ― на девушке дешевые крылья из перьев и светлый парик из сплетенного льна, достаточно длинный, чтобы касаться земли.