Книга Полжизни за мужа, страница 50 – Нина Бьерн

– За что вас ищут в Маравике? Кого-то убили? – спросил тот, кого называли даро. Видимо, он у них старший. Предводитель?

– Мы никого не убили, – ответил Нирс.

– Ограбили, не?

– Нет.

– Тогда что?

– Они сына начальника стража избили. Стражник у ворот сказал, что до полусмерти! – выкрикнул тот, кто нас привез.

– Помолчи, брат, когда твой даро говорит, – степенно осадилитемпераментного даката.

Значит, «даро» – это не имя. А прозвище или титул.

– Почтенный даро, – обратился к старшему дакату Нирс. – Молодой человек всего лишь получил шишку на лбу за то, что хотел ударить мою жену.

– Он хотел ударить тебя? – дакат перевел взгляд своих теплых карих глаз на меня.

Я кивнула.

– Вот жайтах, плешивый гоблин! – выругался даро. – Если бил женщину, не мужчина значит! И никогда не будешь.

Дакаты одобрительно зашушукались. Накал враждебности к нам существенно снизился.

– Он успел ударить? – спросил даро.

– Нет, – ответила я.

– Э! Так пусть его отец радуется! Ты его сына от ошибки уберег. Мужчину спас! – дакат многозначительно потряс поднятым вверх пальцем и вдруг рассмеялся. – Так и надо этому жайтаху! И что, его отец тебя ловил?

– Ловил, – признался Нирс.

– И не поймал? – уточнил даро.

– Нет, – сказал Нирс.

– Вся охрана за тобой бежала и не поймала?

– Нет, – улыбнулся уже Нирс.

– Э, молодец! – даро хлопнул Нирса по плечу. – Как настоящий дакат. И женщину свою не дал.

– Только коня пришлось там оставить, – признался Нирс.

– Коня нехорошо. Коня вызволять надо, – покачал головой дакат и позвал кого-то из толпы. – Э! Марку!

Рядом с нами тут же как из-под земли вырос молодой мужчина. Его коротко стриженая борода отливала медью, как и заплетенные косами рыжие волосы. Глаза цвета скорлупы лесного ореха смотрели гордо.

– Марку силен и ловок, – представил молодого соплеменника даро. – Марку, помоги хорошему человеку коня вызволить.

– А что я должен буду вам в замен? – спросил Нирс.

– Обижаешь, э! Враг толстого Вириана – мой друг. Ничего не должен, брат!

– Спасибо, брат! – ответил на доброту Нирс. – Когда пойдем?

– Завтра пойдем, – махнул рукой даро. – Жайтах Вириан сказал, только один дакат в день в город пройдет. Остальные не пройдут. Сегодня ходил Анку. Теперь только завтра пустят. А пока садись к нашему костру. И жену веди, пусть отдохнет. Здесь тебя никто не тронет.

Окончательно успокоившиеся дакаты снова принялись разбирать тележку с покупками.

Холодный октябрьский вечер перетек в жаркую на чувства дакатскую ночь. Сидя на подстилке возле костра и покачиваясь в такт страстной песне дакатов, я навсегда и бесповоротно влюбилась в этот народ. Они ели жареные на углях овощии разогретый на костре хлеб с ароматом дымка и тоненькой подрумяненной корочкой. Они так пели, что душа замирала от сладкого томления в груди. Дакатки красиво танцевали вокруг костра, встряхивая украшениями на запястьях. Словно яркие птицы, хвалящиеся своими перышками.

Дакаты не пили вина. Они знали в нем толк и покупали лучшее, чтоб обмениваться им выгодно в других городах. Но простой отвар из каких-то лесных трав, казалось, пьянил сильнее, чем любое вино. А может это пьянил воздух, наполненный страстью.

Я глазела по сторонам, впитывая их мир. Семейные пары жались друг к другу и пели общие песни, глядя в глаза избраннику. Красивые и гордые рыжеволосые девы встряхивали кудрявыми гривами, сверкая темно-шоколадными глазами. Мужчины всех возрастов сидели, скрестив ноги и хлопали в ритм движений танцующих девушек. Одобрительно вскрикивая, дакаты поддерживали своих подруг: «Красивая! Воспламени небеса! Танцуй сердцем!»