Книга Королева разрушенных империй, страница 117 – Бринн Уивер

ГЛАВА 30

Я стою в разрушенной гостиной особняка на скале, который однажды станет нашим домом. Ашен наверху, ритмичные удары молотка эхом разносятся по каменной лестнице. Аглаопа оттирает участок пола, который мы уже очистили от мусора. Я мою одну из стен мыльной водой, напевая в такт движениям. Иногда я вспоминаю Биан и уборку в «Лебеде»,и мне хочется улыбнуться — представляю, как она сидит в лобби, разгадывает кроссворды, пока мир вокруг вот-вот рухнет. Должно бы тревожить, но для Сэнфорда это кажется уместным. Кажется, даже если все вокруг уничтожится, этот отель устоит.

— «Анналы Билуды» гласят, что Нефилимы — существа, застрявшие между мирами, злобные создания, наказанные богами за Восстание Экура, — говорит Эрикс, отчищая гобелен на стене. С тех пор, как он побывал в Царстве Света и провел два дня в библиотеке зиккурата, он стал неиссякаемым источником исторических сведений о Нефилимах, хоть и не так много, как я надеялась. — В пророчестве седьмого оракула, Нунамнира, говорилось, что некоторые Нефилимы остались в Мире Живых, скрываясь в телах смертных, медленно восстанавливая силы.

— Вот что я помню из ранних преданий. Все эти истории о вселении, призраках. Казалось, просто еще один человеческий миф, — отвечаю я.

Смех Аглаопы звучит, как музыка, согревающая каменные стены, а Эрикс оглядывается на нее с благоговением.

— Мы кое-что знаем о том, как прятаться среди человеческих легенд.

Я согласно мычу.

— Что еще, мистер Историк-Искусствовед-Ангел? — спрашиваю я, пока Эрикс полощет гобелен, и сквозь века грязи проступают яркие краски.

— Только то, что бессмертные открывали врата между мирами, впуская Нефилимов.

— Отлично. Если это правда, сколько их скрывается в Мире Живых?

— Не знаю, — пожимает он плечами. — Кажется, врата можно открыть лишь ненадолго, в древнем городе Русалимум⁶.

Я резко оборачиваюсь к Эриксу, и кусочки воспоминаний складываются в картину. Сердце бьется чаще от осознания. Стук молотка наверху прекращается — Ашен почувствовал мои эмоции. Слышу его шаги по лестнице, и он присоединяется к нам.

— Что случилось? — озирается он.

— Русалимум.

— Что там?

— Мила Каррас. Аммон Хассан говорил нам в первый визит, что ведьма Мила Каррас погибла в Иерусалиме. Помнишь? Конечно, мы знаем, что это неправда — она работала с Семеном над гибридами, украла личность Валентины.

Брови Ашена сдвигаются.

— И какая связь с Русалимумом?

— Эрикс только что сказал, что в текстах упоминалось: бессмертные открывали врата для Нефилимов в Русалимуме.

— Первый город Иерусалим. У источника Гихон, — его голос становится тише от осознания. — Если они нашли способ держать врата открытыми или открывать их снова,это там.

Мы с Ашеном переглядываемся с улыбкой — это первая зацепка, чтобы найти Нефилимов и остановить угрозу, пока не стало хуже.

— Что ж. Хорошо, что у нас скоро первое заседание Совета, — вытираю мыльные руки о полотенце. — Будет что пикантного рассказать.

Ашен фальшиво кашляет, берет меня за руку с самодовольной ухмылкой и ведет к двери, пока я машу сестре и Эриксу.

— Ты бы назвал себя «пикантным»? — скептически смотрю на него, когда он придерживает дверь.

— Нет, — его улыбка становится хищной, прежде чем сменяется напускным высокомерием. — Это твоя коллега Анна так меня назвала в баре «Лебедя».