Книга Королева разрушенных империй, страница 114 – Бринн Уивер

И теперь я понимаю. Возможно, он чувствует, что в этот раз я его не выбрала.

— Прости, Ашен. Я не поставлю тебя в такое положение снова.

Магия, сковывающая его запястья и лодыжки, начинает ослабевать. Ожидаю, что он сейчас скинет меня с колен. Его тело тлеет, дым клубится волнами по помосту.

Но когда чары исчезают, Ашен обхватывает меня руками и прижимает к груди, уткнувшись лицом в мою шею. Я обнимаю его в ответ, и мы остаемся так надолго, просто держа друг друга в тишине пещеры, где единственный звук — потрескивание факелов. Когда мы наконец разъединяемся, Ашен берет меня за шею, его палец нежно скользит по коже.

— Я буду спорить только потому, что ты стоишь того, чтобы за тебя бороться, — говорит он, прижимая лоб к моему. Вздыхает, будто вытащил занозу. — Ты права, как и я. Но в конце концов не важно, кто прав, а кто нет. Я люблю тебя, Лу. Я так горжусь тобой. Правда. Не позволяй нашему спору затмить твой успех. Ты была неудержима сегодня. Богиня Гантлета.

Моя улыбка тонет в его поцелуе. Его язык скользит по моим губам, стон облегчения вытряхивает тревогу из сердца. Гнев еще тлеет в нашей связи, но другие эмоции смягчают его — гордость и любовь.

— Грандиозное и дерзкое мы уже сделали, — шепчу я, отрываясь от его губ. — Как насчет тихого и нежного в программе сегодняшнеговечера?

Последний поцелуй Ашена полон иного беспокойства — за себя, за незнакомую территорию, куда мы ступаем.

— Ты уверена? — спрашивает он.

— Менее уверена, чем насчет Гантлета.

— Воодушевляюще.

— Да, правда? Давай покончим с этим. Я хочу жесткий примирительный секс, пока крылья не исчезли, — подмигиваю я, проводя пальцами по чешуе, прежде чем сползти с его колен под его стон желания.

— Мы могли бы остаться, — говорит он, поправляя штаны.

— Или заскочить в покои за веревкой, а потом вернуться, чтобы ты привязал меня к креслу, Жнец. Может, меня нужно наказать за мои проделки.

Не успевают слова слететь с губ, как Ашен хватает мою руку и тащит к лестнице, а мой смех отдается от стен эхом. С каждым шагом, словом, горящим взглядом боль уходит, по крупицам.

Ашен держит меня за руку, пока мы идем в «Kur», Зида и Уртур следуют за нами как единственные стражи в тумане. Ночной воздух влажный, будто невидимая буря висит вдали. Мысли ползунов и душ давят на разум, но не прорывают барьер, который я научилась держать. Но я знаю, они здесь, в тени, и теперь их присутствие даже утешает. Мои шаги становятся увереннее — ведь этот путь я выбрала, чтобы помочь им… Надеюсь.

В «Kur» мы направляемся прямо в Тронный зал, где Ашен отодвигает мое тяжелое кресло от стола Совета. Поворачивает его к окнам, выходящим на Бухту Душ, черные воды которого едва видны даже моим вампирским глазам. Я сажусь, а он встает рядом, беря мою руку, пока мы ждем. Легкий стук его пальца по моей коже — единственный признак нервов.

Через несколько мгновений входят Давина и Имани, а за ними — Коул, Эдия и Эрикс, в сопровождении Сайруса и двух стражников. Коул выглядит уставшим, горечь недавних откровений о его бывшем возлюбленном читается в темных кругах под глазами. Он бросает короткий взгляд на Давину и Ашена, затем сосредотачивается на мне.

— Сайрус сказал, я нужен, — говорит Коул после кратких приветствий. — Что я могу сделать?

— Две вещи, но только если согласишься. Можешь отказаться, никто не осудит, — отвечаю я. Коул бросает взгляд на Давину, но, вернув его ко мне, решительно кивает. — Во-первых, Ашен говорил мне в Равелло, что ученый-человек, который помог тебе освободить меня из темницы, все еще жив. Все еще здесь.