Книга Княжна Екатерина Распутина, страница 108 – Ольга Токарева

— Хромус, — позвала, не отрываясь от кропотливой работы. — Освободи руку парня. Мне нужно добраться до его вен.

— Ты чего вытворяешь⁈ — прохрипел он, с ужасом глядя на пульсирующую конструкцию, рождающуюся из моей плоти. Вена, словно змея, неумолимо удлинялась на глазах.

— Не мешкай! Он потерял много крови и может умереть в любую минуту.

Сознание пронзил укол ответа диагностики. У второго бородатого пациента на спине открылась рана, и он погружался в кому от той же безжалостной потери нужной так в организме алой жидкости. Моей крови не хватит даже на первого, что уж говорить о втором. Бессилие обжигало, как кислота.

— Нужна кровь, люди умирают! — в голосе моём звучала отчаянная мольба, взгляд лихорадочно метался по израненным телам охотников, словно ища спасение в их предсмертной агонии.

— Сейчас организую! — крикнул Хромус и, обернувшись чёрной лентой, сорвался с места в сторону видневшихся вдалеке крыш деревенских домов.

Мысленно коснувшись бородатого охотника, я мгновенно срастила зияющую рану размером с палец, восстанавливая разорванные ткани и лопнувшие капилляры.

Словно эхо, отозвалась диагностика третьего раненого. Хоть что-то хорошее. На теле нет ни царапины. Лишь чудовищная гематома под черепом. Скорее всего, парня отшвырнул монстр, и он, ударившись головой о камень, мгновенно потерял сознание. Удар спас от последствий, которые произошли бы во время боя с тварью. Но и гематома опасна. Я послала целительный импульс в эпицентр, приказывая ей рассеяться, исчезнуть.

Пока магия трудилась над исцелением, я приступила к переливанию. Моей вены уже хватило с лихвой. Я уплотнила, сузила и заострила её кончик. Присев на землю, подхватив вену, приложила к руке парня. Обнаружить вену оказалось несложно, но прокол дался нелегко — без кровотока она истончилась. Медленно ввела заострённый край своей вены, раздвигая в ней ткани, формируя отверстие, как у иглы. Вернувшись к своей руке, удалила плёнку, служившую пробкой.

Я завороженно наблюдала, как по отростку моей пустой вены устремилась кровь и стала вливаться в тело парня, наполняя его жизненно необходимой жидкой и подвижной соединительной тканью, так необходимой для внутренней среды организма. Я оторвала взгляд от переливания и посмотрела на двух других пациентов.

Бородач вселял слабую надежду — вот уж воистину несгибаемая сила духа, отчаянная борьба за существование! Давление падало, сердце колотилось бешено, словно у загнанного зайца, но мужчина цеплялся за жизнь с яростью обреченного.

Несомненно, целительные камни сыграли свою роль, даже рассыпавшись пеплом. Стоит поразмыслить над усилением их свойств.

Ощутив подкрадывающуюся слабость, я обратила взор внутрь себя и осознала: пора прекращать переливание. Еще мгновение промедления, и тьма поглотит меня, а это чревато непоправимыми последствиями — не только для меня, но и для раненых.

Сначала я перекрыла кровоток в своей вене, дала крови полностью схлынуть, а затем осторожно извлекла иглу из вены парня, тут же активировав регенерацию тканей. В руках у меня был примитивный катетер. Я инстинктивно потянулась, чтобы вытащить его из своей руки, но вовремя остановилась, сообразив, что нужно преобразовать второй конец в еще одну иглу.

Слёзы застилали глаза, когда я смотрела на одноглазого молодого мужчину двадцати пяти лет и с горечью осознавала — моей крови будет недостаточно для его богатырского тела. Она лишь ненадолго отсрочит неминуемое. Если Хромус не найдёт доноров, оба моих пациента обречены на мучительную смерть.