Книга Жена Короля и любовница ветра, страница 77 – Аманда Франкон

Толпа загудела как-то тревожно, женщины завизжали. Странно они радость выражают, но какое мне дело? От слабости, от шума и слепящего света сознание плыло, как от дурманящих трав.

К демонам условности! Всё равно умирать!

Рывок вправо, и первый выстрел свистит мимо левого плеча, оставляя на нём косую глубокую рану.

А я всего лишь хочу ощутить родную стихию ещё хоть раз. Замереть, потом ещё рывок, и свист вокруг. От резкой боли в бедре запинаюсь, но до края башни всего шаг. И я делаю его, стирая последнюю преграду между мной и свободой умереть так, как я этого хочу.

Ветер шумит в ушах и принимает на несколько коротких мгновений, но вскоре удар спиной о твёрдые камни выбивает из лёгких остатки воздуха, а из затылка — мутное сознание.

Слишком скоро…

Вдох — выдох. И снова вдох. Я все еще чувствовала полет, но не вниз. Мощный ветер бил в лицо, меня несла куда-то неведомая сила. Я сжалась, тело сковал страх. Глаза открывать не хотелось. Казалось — еще немного, и я разобьюсь.

Но мгновения сменяли одно другое, а я все летела. Башня не настолько высокая, чтобы падать с нее так долго.

Наконец, я решилась и, резко выдохнув, приоткрыла глаза. В первый момент меня ослепил солнечный луч, и пришлось пару раз моргнуть. Когда перед глазами перестали плясать разноцветные круги, я увидела под собой долину предгорий. Где-то справа остался огромный город, окруженный ветряными генераторами, замок и башня. По высоким травам бежали крупные волны, ветер все так же гудел в ушах, выбивая из глаз слезы. А горы — родные западные горы — стремительно неслись мне навстречу.

Может, я умерла, и мой дух несется к земле предков?

Я огляделась, шею и плечи сковала тупая боль. Значит, не умерла.

Поднесла руки к лицу, внимательно изучила грязные ногти и покрасневшую от холода кожу, а потом решилась, наконец, опустить глаза. И уперлась взглядом в черную чешую. Спустя пару мгновений поняла, что сижу на широкой спине, и меня несут напряженные, как надутые ветром паруса, черные кожистые крылья — огромные и мощные. Когда успела сесть — ведь точно помню, что упала на спину — не смогла вспомнить. Может сразу — от резкой боли, а может, после того, как открыла глаза. Но факт оставался фактом — я летела верхом на огромном драконе.

— Старр! — закричала я прежде, чем успела до конца осознать происходящее.

Ко мне повернулась остроносая морда, сверкнула яркими зрачками и оскалилась, обнажая ряд ровных желтоватых клыков.

Я в ужасе дернулась, но прежде, чем успела что-то еще сказать, дракон подмигнул и отвернулся.

Неужели, я буду жить?

Вместе с осознанием спасения по телу прокатилась волна дрожи, руки и ноги вдруг стали ужасно тяжелыми, и я снова аккуратно легла, распласталась по огромному телу в попытках удержаться. Но дракон, видимо, специально летел медленнее, чтобы меня не снесло воздушным потоком, так что вскоре я задремала, утомленная, но отчего-то совершенно спокойная.

Снова очнулась в тот момент, когда почувствовала, что мы снижаемся. Когда мощные лапы уперлись в землю, меня подбросило, и я, неловко дернувшись, скатилась по опущенному крылу на камни. Но тут же вскочила и осмотрелась. Вокруг вздымались и опускались горные вершины, а я стояла посреди маленького плато. Неподалеку, выше по склону, виделся темный вход пещеры, но в вечернем сумраке я больше ничего не могла разглядеть.