Книга Перья столь порочные, страница 35 – Лив Зандер

Воздух дрогнул, натянув во мне струну тревоги. Громкий удар сотряс землю. Что-то острое ударило меня в голову тупым толчком. Что происходит?

— Маайыр!

Крик Наи пронёсся сквозь моё кружившееся сознание и потонул в стоне дерева и грохоте камня. Она дёрнула меня за руку. Я сжал её маленькие пальцы, когда боль кольнула плечо, шею, охватила всего меня, швырнув на землю.

Но её руку я держал до конца.

Я уставился в землю, пригвожденный тяжестью. Чем быстрее моргал, тем сильнее жгло глаза, затуманивая взгляд. Одной рукой стер пыль и песок с лица. Другой — потянул Наю к себе.

Она не поддалась.

— Ная… Иди ко мне… — ещё один рывок, пока я с трудом поднимался на колени, сбрасывая с себя обломок камня. — Ная! Нам нужно уходить отсюда!

Дезориентированный, с гулом в ушах, я посмотрел на наши переплетённые руки. Взгляд поднялся по её руке, изрезанной красными царапинами. Выше. Ещё выше. Камень.

— Нееет! — пронзительный материнский крик разорвал мои приглушённые ощущения. — Нааая!

Я поднял голову — мать рухнула на колени, искажённый силуэт дрожал, вцепившись глазами в меня. Отец стоял рядом, застыв. Лишь Аскер и Харлен бежали к нам, что-то выкрикивая. Сдвиньте своды? Поднимите… камни?

Голова раскалывалась, когда я вновь посмотрел вниз — и увидел лишь изуродованную руку Наи, торчащую из-под каменной груды. Камни повсюду. Рядом. Вокруг. Сверху на ней.

Желудок скрутило. Грудь судорожно сжалась, когда я протянул руки к обломку, закрывавшему её голову, пока кровавые полосы рассекали горизонт. Я упёрся. Сдвинул его — и увидел красную ромашку, зажатую между прядями чёрных волос, осколками белой кости и сочащимися розовато-серыми складками.

Нет…

Грудь сжало.

Ная. Моя сладкая, невинная Ная.

Боль началась в сердце — прорвала грудную клетку, выгрызая дыру между рёбрами с каждым чудовищным укусом. Скребла. Царапала.

Тени вырвались из меня, всплеском чёрных щупалец. Они стремительно устремились в небо, застилая святилище мраком, от которого ледяным холодом свело воздух. Вороны падали с небес, глухо ударяясь о землю, где в агонии били крыльями, спутываясь в моих тенях, расползающихся во все стороны.

Они сомкнулись вокруг Аскера и Харлена, остановив их всего в нескольких шагах от меня, и потянулись своими отростками к моим родителям.

Я разжал пальцы Наи и, пошатываясь, двинулся к ним.

— Нет… не их. Не их!

Но стоило шагнуть в плотный туман теней, как мучительная боль вцепилась в мои ноги. Как удушающие лозы, мои собственные тени оплели меня, прижимая к земле, поднимаясь всё выше.

Я попытался втянуть их обратно. Приказал вернуться.

Они не послушались.

Освободившись, они укрыли моих родителей в чёрной пелене, поглотили их целиком, пока крики не смолкли в гробовой тишине — тишине, что расползлась по всему Вальтарису, превратив королевство в склеп.

— Малир… — голос Аскера пробился сквозь молчание за моей спиной. — Что ты наделал?..

Глава 9

Галантия

Наши дни, замок Дипмарш, покои Галантии

Я лежала в кровати, уставившись на странный квадратный вырез в камне там, где стена сходилась с потолком. Особенность, которую не так легко заметить, ведь через неё свисали темные полосы, видимо, из кожи, словно занавеска, достаточно тяжелые, чтобы ветер снаружи почти не шевелил их. Зачем это здесь?

Когда глаза начали гореть от напряжения, я сжала их на мгновение. Заснуть оказалось почти невозможно — ведь рядом не было Рисы, чтобы сказать мне, что стоны, раздающиеся в ночи, — это всего лишь ветер, цепляющийся за углы замка. Не было Рисы, которая проводила бы рукой по моим волосам. Не было Рисы, которая утешала бы меня.