Книга Присяга фортуны, страница 45 – К. Дж. Саттон

Только огонь.

Удары продолжали сыпаться, раздирая мою кожу от лопаток до икр. Я перевела взгляд на Коллифа, чтобы удостовериться, что он наблюдает. Не упускает ничего. Ни страдания на моем лице, ни веревок, обхвативших мои руки, ни плети, обрушивающейся на меня. С каждым взмахом я теряла не только кровь и клочки кожи.

Но и надежду однажды полюбить супруга.

С каждым ударом агония росла. В конце концов я не выдержала. Непроницаемое лицо Коллифа подернулось дымкой, и я обессиленно повисла на корнях. Удары не прекращались. Я уже потеряла счет. Палач бил снова, и снова, и снова. По моему лицу текли слезы и сопли, но мне было все равно.

Издалека донесся чей-то голос, и плетка наконец остановилась. Веревки на руках ослабли. Я соскользнула на пол, теряя сознание. Холод, окружавший Несущего Смерть, отступил, но я не могла думать ни о чем. Все мое существо заполняла боль.

Внезапно заиграла музыка, воздух наполнился воодушевленным гомоном и шутками. Разговоры ожили.

– Прочь с дороги, – услышала я приказ Джассина. Я открыла глаза – мир казался разрозненной мешаниной цветов и движений – и наблюдала, как он тянет руки к моему брату. Деймон встревоженно опустил взгляд на меня. Но спустя миг он пропал из поля моего зрения. Промелькнула женская юбка, начались танцы. Кто-то засмеялся.

Меня грубо схватили за руки и потащили сквозь толпу. Окровавленную спину царапали камни пола, что наверняка было мучительно. Но все ощущения будто притупились. Я безразлично смотрела на след крови на полу. Мое разорванное платье промокло насквозь. Мы двигались к небольшому проему в стене. Если меня собираются убить, я вряд ли смогу сопротивляться.

Приподняв отяжелевшие веки, я заметила Коллифа. Он сидел на троне, и наши глаза встретились. В этот момент равнодушная маска слетела с его лица, обнажая что-то под личиной бездушного существа на троне. Знала, что выдаю желаемое за действительное в отчаянной надежде, что не вышла замуж за монстра. Закрыла глаза, мечтая, чтобы меня поглотила тьма. Но этого не случилось.

Звуки тронного зала удалялись. Осталось лишь мое дыхание и шаги стражников. В моей голове то и дело всплывал образ луга, усеянного яркими полевыми цветами. Знакомая фигура сидела спиной ко мне.

– Оливер? – прошептала я. Но как только он обернулся, картинка пропала. Я в отчаянии застонала. Спустя миг один из стражей остановился и поднял меня. «Мужчина», – поняла я, ощутив плечом его плоскую грудь. Он пах так, будто не мылся несколько недель. Я услышала, как он что-то сказал напарнице, и та скучающим тоном ответила. Возможно, они обсуждали, переживу ли я эту ночь.

Мы спускались по бесконечным ступеням. Становилось холоднее, стены сжимались. Скрипнули дверные петли. Сделав еще несколько шагов, страж бросил меня, будто мешок с мукой. Я ударилась о землю и застонала. Клацнул замок.

Услышав это, я широко распахнула глаза. Как только осознала, что меня заперли в камере, сквозь непреодолимую стену боли пробилась паника.

– Нет! – закричала я. Видимо, силы у меня еще остались. Я бросилась к решеткам в тщетной попытке выбраться. Стражи уже ушли. Я кричала им вслед, угрожая и ругаясь.

Ответом мне была тишина. Сжимая руками прутья, я осела на землю. Рядом горел факел, испуская дрожащий слабый свет. Густая темнота казалась враждебной. Я ненавидела себя за слабость, за то, что позволила им сломать себя, но не смогла удержать рыданий, сотрясающих все тело. Одна моя щека пульсировала, а тело болело так сильно, что мысли путались. Впервые я испытала такую боль. Я уже наказана, разве не так? Почему меня притащили сюда?