Книга Сильверсмит, страница 96 – Л. Дж. Кларен

Это был уже четвертый. Нет — пятый.

— Все нормально? — спросила я, кивнув на стакан. — У тебя проблемы?

— А как ты думаешь, Элла? — его голос стал низким, ровным, странно спокойным, будто перед бурей. — У меня есть проблемы?

— Ты много пьешь. Прямо как Филипп.

— Хм, — он постучал пальцами по пустому стакану и скривился. — Нет. Не совсем как Филипп.

Он снова жестом позвал Даймонда, и тот рассмеялся, будто это была только их шутка.

— Тогда зачем? — не отставала я.

— Это помогает.

— От чего?

Он тихо, мрачно усмехнулся, и взгляд его, тяжелый, намеренный, пронзил меня до дрожи.

— От того края, — произнес он, — который заставляет хотеть то, чего нельзя иметь.

Жар мгновенно бросился в лицо, на шею, грудь — вся кожа будто воспылала.

Боги милосердные.

— Осторожнее, Ари, — раздался голос Даймонда из-за стойки, он смотрел на нас с усмешкой. — Смит у нас старик, — он налил еще виски, поставил перед Гэвином и подмигнул мне. — Еще немного, и ты сведешь его с ума.

Сомнительно. Учитывая его форму, скорее я свихнусь первой.

Музыка изменилась — звон скрипок и свист флейты наполнили воздух. Люди закричали от восторга, кто-то хлопал, кто-то выскочил на середину, чтобы пуститься в пляс.

Я повернулась на стуле, не в силах скрыть улыбку. Через пару минут уже сама покачивалась в такт, едва касаясь ногами пола. Музыка была заразительна, словно жила своей жизнью.

Мне не мешало, что он смотрит.

Я чувствовала себя красивой под его взглядом. Свободной. И хотела, чтобы он видел это. Видел меня.

Гэвин тихо прочистил горло и заказал еще. Даймонд налил и поставил передо мной другой бокал, с янтарной жидкостью, легким ароматом корицы и камфоры.

Я улыбнулась, повернувшись к стойке, может, даже слишком нетерпеливо.

— Нет! — рявкнул Гэвин, метнувшись к бокалу одновременно со мной.

Но Даймонд оказался быстрее.

— Да брось ты, Смит! — он ловко отдернул бокал из-под его руки. — Не будь таким ворчливым стариком, дай девчонке повеселиться! После твоего маленького выступления к ней точно никто не посмеет подойти.

Я чувствовала, как Гэвин прожигает меня беспокойным, злым взглядом, но все же я поднесла бокал к губам и сделала глоток.

Теплая, сладкая жидкость с привкусом корицы и чего-то мятного коснулась языка. Я зажмурилась, скривилась, но все проглотила, и даже улыбнулась, когда по телу растеклось тепло.

Даймонд хмыкнул, ожидая реакции.

Я кивнула, пододвинула бокал и, как видела у Гэвина, показала на него пальцем, прося добавки.

— Вот это девчонка! — расхохотался Даймонд, хлопнул ладонью по стойке и кивнул на мужчину рядом со мной — клубок нервов и ярости. — Учится у лучших!

Гэвин выругался сквозь зубы, залпом осушил еще один бокал виски и с гулким ударом поставил его на барную стойку. Стекло дрогнуло, люди вокруг вздрогнули. Но музыка была слишком громкой, веселье слишком шумным, и даже кислое выражение лица моего наставника не могло испортить атмосферу.

Я выпила второй бокал, но когда Даймонд подал третий, почувствовала, как запястье оказывается в хватке Гэвина — мягкой, но слишком крепкой, чтобы вырваться.

— Просто… — он сразу же отпустил меня, будто понял, что схватил по инерции, по привычке, а не по праву. Взял с края стойки небольшую корзину с хлебными булочками. — Съешь две сначала и подожди пару минут.

Я приподняла бровь, а он, сквозь сжатые зубы, выдавил: