Книга Сильверсмит, страница 51 – Л. Дж. Кларен

Гэвин закатал рукава, под ними открылись новые татуировки, переплетающиеся узоры, уходящие под ткань рубашки. На его лбу поблескивали крошечные капельки пота. В стену лавки был встроен огромный каменный камин, и жар от него заставил меня пожалеть, что нельзя снять хотя бы один слой одежды.

— Что означают твои татуировки? — спросила я тихо, надеясь, что не перехожу границы.

Он взглянул на меня, словно обдумывая вопрос.

— Это напоминание о том, что было, — и прежде чем я успела спросить больше, добавил: — Тебе нужно что-то еще? — он быстро окинул взглядом наши покупки и удовлетворенно кивнул. — Думаю, остальные уже нашли нам стол на ужин.

В животе у меня громко заурчало при одном упоминании еды.

— Я готова идти.

Он заплатил за перчатки, сапоги, шарф и шапку. Добавил к этому новое пальто и длинные шерстяные чулки, пока я пыталась возразить. Он точно знал мой размер. Видимо, рядом с ним когда-то бывали женщины — достаточно, чтобы угадывать безошибочно.

Хозяйка лавки проводила меня по меньшей мере пятью настороженными взглядами, а последним, что я услышала, прежде чем мы вышли, было ее взволнованное:

— Вы всегда здесь желанны, милая!

Рядом послышался раздраженный вздох и какое-то неразборчивое бормотание, которое тут же унес холодный ветер, ворвавшийся в открытую дверь.

Я прикусила губу и улыбнулась.

Страхов у меня было много, но своего убийцу волков я не боялась.

Таверна гудела от голосов и дыма. Мы вшестером сидели за потертым деревянным столом в углу, оживленные теплом и укрытием от холода.

Хозяйка — высокая, пышногрудая рыжеволосая женщина — сразу привлекла мое внимание. От нее исходила такая уверенность, что я почти позавидовала. Ее губы, яркие, как спелая ягода, изогнулись в обольстительной улыбке, и адресовалась она, разумеется, всем четырем мужчинам за нашим столом. Более того, она даже позволила себе положить длинные, изящные пальцы на плечо Финна, пока предлагала варианты ужина. К видимому неудовольствию Джеммы.

Финн ловко выскользнул из-под ее руки, даже не рискнув встретиться взглядом. Тогда она переключила внимание на Гэвина. Мое лицо вспыхнуло, когда я заметила, как она скользнула по нему взглядом с ног до головы, с хищной улыбкой.

Прежде чем она успела раскрыть рот, Гэвин, даже не посмотрев в ее сторону, холодно бросил:

— Я плачу тебе за то, чтобы ты нас накормила, или за то, чтобы пялилась, как голодный суккуб¹³?

Женщина растерялась, прокашлялась и выпрямилась, натянув на лицо нейтральное выражение. Потом принялась записывать заказы — без единой игривой улыбки.

Даже Джемма, похоже, впервые оценила ядовитую прямоту Гэвина.

Я только надеялась, что официантка не плюнет нам в еду.

Когда она ушла, Финн и Каз завели разговор о своих временах в Казармах — огромной военной базе, в дневном переходе к северу от Пещер.

Каждую весну мой жених, командующий армией, отвозил туда очередную партию новобранцев, чтобы завершить их обучение и провести инициацию в войска. Эти новобранцы — мужчины и женщины — должны были быть особенно выносливыми и достигшими восемнадцати. Элиас прошел испытание сам, на три года раньше срока, в пятнадцать, а последние девять лет возглавлял церемонию лично. Каз проходил в тот же год, Финн — двумя годами позже, Джемма — через три года после Финна, а Эзра — спустя еще два.