Книга Сердце вне игры, страница 180 – Нира Страусс

Каким-то странным образом это все во мне перевернуло. Усилило те чувства, что я, вероятно, и так всегда испытывала к Эшеру, доведя их до такого безумия, что теперь я понимаю, почему Стоуны и Клируотеры изначально обречены только на два исхода: или убить друг друга, или пожениться. Боже, надо же как-то эту энергию стравливать.

В Брайант-парк мы прибыли за несколько минут до шести. Нас с Эшером просто ошеломило количество людей на газонах. С нашего места открывается впечатляющее зрелище – целое море голов и футболок самых разных цветов, все настолько перемешано, что я начинаю сомневаться, удастся ли нам найти бабушек. Киноэкран установлен с краю, а до начала фильма еще пара часов. Интересно, насколько заранее пришли сюда все эти люди?

– Слушай, вот твой двоюродный дедушка Пит находится в вечном поиске: как бы сделать так, чтобы жители нашего города чем-то занимались вместе, – говорю я Эшеру, чуть повышая голос – слишком здесь шумно. – Вот и расскажи ему о кино под открытым небом.

Внезапно по парку разносится резкий пронзительный свист, который приводит народ в движение и эхом отражается от окружающих парк небоскребов.

В недоуменной тишине, последовавшей за этим звуком, мы слышим:

– Эшер! Лювия! Мы здесь!

Не могу удержаться от смеха. Бабушка изо всех сил размахивает своими ручками, словно вот-вот взлетит. Они отхватили себе отличное местечко – не слишком далеко и не слишком близко к экрану, и, когда мы подходим, я поражаюсь размерам пледа для пикника, который они перед собой расстелили. Этого хватило бы на добрый десяток человек, так что у нас вроде как образовался свой периметр безопасности.

Эшер, усевшись на плед, первым делом отбирает у своей бабушки свисток. Маленький металлический цилиндрик с большим красным раструбом на конце.

– Это же морской, для кораблей, – ворчит он. – Вы же сами запросто могли оглохнуть.

Атланта эффектно выгибает бровь.

– Однако вы нас увидели, разве не так?

– Мы и весь Манхэттен.

Тем временем бабушка знаками спрашивает меня (нужно признать, для нее довольно-таки скромными), как оно все прошло. Я подмигиваю ей и показываю двумя пальцами знак победы. Она в ответ щиплет меня за мягкое место, как бы говоря: «Ах ты шалунишка». Именно так я сообщаю своей бабушке, что у меня только что был грандиозный секс.

Впрочем, как обычно.

Итак, этим вечером мы смотрим «Индиану Джонса и храм судьбы» в одном из прекраснейших парков Нью-Йорка в окружении огромного количества людей, собравшихся приятно провести время. Бабушка накупила в супермаркете столько самой разной провизии, что в конце концов вынуждена раздавать пирожки, кукурузные лепешки с сыром и буньюэлос компаниям по соседству. Получив тем самым прощение за историю со свистком.

Мы с Эшером каждые несколько минут перебрасываемся косыми взглядами. Постепенно темнеет, становится довольно прохладно, и моя блузочка с юбочкой не спасают от вечерней свежести. В конце концов меня окончательно достает невозможность насладиться этим моментом так, как мне бы того хотелось, и я подползаю к Эшеру.

– Не хочешь меня обнять? – спрашиваю еле слышным шепотом.

Он моментально кивает, но потом строит гримасу.

– Ты уверена? Я хочу сказать, что мне-то…

– Моя бабушка уже знает; готова поклясться, что и твоя тоже.

Оба смотрим на бабушек и застаем их за откровенным подглядыванием. Они, конечно, пытаются это скрывать, только получается у них хреново. Эшер фыркает, пытаясь сдержать смех.