Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 810 – Василий Цветков

«Траектория» эволюции в политическом курсе Белого движения представляется, в конечном итоге, следующей: от директории, с обширными полномочиями («коллегиальной диктатуры») в 1917–1918 гг., через признание необходимости единоличной диктатуры, использующей определенную представительную поддержку (1919–1920 гг.), к «соборно избранной» и «соборно утвержденной» монархии, с полномочиями, близкими к варианту «президентской власти» (1922 г.); в форме государственного устройства – от восстановления «единой и неделимой» России в прежних границах (за исключением Польши и Финляндии) до признания возможности некоего союза новых государственных образований. Решение внутренних проблем, восстановление сильного, авторитетного всероссийского центра гарантировало бы и международное признание России как важнейшего фактора мировой политики в послевоенной системе межгосударственных отношений.

Конечно, не исключая политико-правовые особенности Белого движения, следует учитывать, что именно военные неудачи на фронтах составили главную причину его поражения во время гражданской войны. Поиск и апробация новых государственных моделей, реконструкция старых структур власти, не спасали от нехватки резервов (Гражданская война вообще отличалась их острой нехваткой, фактическим отсутствием у обеих воюющих сторон), пушек, снарядов, патронов. А провозглашение политического единства в лице Верховного Правителя Российского Государства адмирала А. В. Колчака – не гарантировало от несогласованности и несвоевременности военных усилий на фронтах.

И все же, помимо военных факторов, уместно перечислить и социально-политические причины поражения противников большевизма. Как уже отмечалось, Белое движение, объединявшее в своих рядах представителей различных политических движений и социальных структур, не могло избежать внутренних противоречий. Существенными были конфликты между военными и гражданскими властями на занятых белыми территориях.

В условиях подвижности фронтов, борьбы с повстанческим движением в тылу военные вполне обоснованно и закономерно стремились к осуществлению функций гражданского руководства, игнорируя структуры местного самоуправления, разрешая политические и экономические проблемы в приказном порядке (действия генерала Слащова в Крыму в феврале – марте 1920 года, генерала Родзянко на Северо-Западном фронте весной 1919 года, введение военного положение на линии Транссибирской железной дороги в 1919–1920 гг. и др.). Отсутствие политического опыта, незнание или игнорирование специфики гражданского управления нередко приводили к серьезным ошибкам, к падению авторитета белых правителей (кризис власти адм. Колчака в ноябре – декабре 1919 года, генерала Деникина в январе – марте 1920 года).

Противоречия военной и гражданской власти отражали противоречия между представителями различных политических направлений, входивших в Белое движение. Правые (СГОР, монархисты) поддерживали принцип неограниченной диктатуры, тогда как левые («Союз Возрождения России», сибирские областники) выступали за «широкое представительство общественности» при военных правителях. Немаловажное значение имели разногласия между правыми и левыми по земельной политике (по условиям отчуждения помещичьей земли), по рабочему вопросу (возможности участия профсоюзов в управлении предприятиями), в вопросах местного самоуправления (по характеру представительства общественно-политических организаций).