Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 700 – Василий Цветков

В январе 1922 г. началась подготовка к выборам органов местного самоуправления. Согласно «Временным правилам для производства выборов волостных, уездных и губернских земских гласных», срок их полномочий составлял три года (1922–1925 гг.), а количество членов устанавливалось Земским собранием в зависимости от численности населения. Каждая волость (город) образовывала избирательный округ, делившийся на избирательные участки. Как и в 1919 г. сохранялся возрастной ценз (21 год – для активного и пассивного избирательного права) и ценз оседлости (проживание в данной местности более года).

Несколько скорректированным оказалось законодательство о городском самоуправлении, учитывающее немногочисленность населения в городах Приморской, Сахалинской и Камчатской областей. Указом № 74 от 20 июля 1921 г. в Правила о производстве выборов гласных городских дум Российского правительства от 27 декабря 1918 г. вносились изменения. Первоначально восстанавливались структуры городского самоуправления последнего, т. н. розановского, состава периода Белого движения в крае, после чего предполагалось провести новую избирательную кампанию. Сохранялись всеобщие выборы при возрастном цензе (21 год для активного и 25 лет для пассивного права), но сокращался «ценз оседлости» – с одного года до 6 месяцев. Ограничение численности гласных в одном избирательном округе, вводившееся 8-й статьей Правил (не более 30 и не менее 10), отменялось. До 50 тысяч жителей (вместо 20 тысяч) увеличивались пределы минимальной численности населения одного избирательного округа в «городском поселении». Временно восстанавливалось введенное еще в 1917 г. подчинение милиции городскому самоуправлению.

В то же время, предполагая возможность «мирной борьбы с большевизмом», представители ведомства внутренних дел считали, что данное «противостояние» должно «базироваться на доверии к населению, на поддержке развития его самодеятельности, на уважении к личным и политическим правам граждан». Эти права «должны выявиться в участии населения в законодательной деятельности по самому демократическому выборному закону, а также – в широкой самодеятельности в органах местного самоуправления»^[1088].

Перемены произошли и в организации судебной вертикали. Указ № 4 от 2 июня 1921 г. устанавливал порядок судебной власти в крае, опиравшейся на «возвращение к Судебным Уставам 1864 г.». Из всех судебных учреждений, «находящихся на территории Временного Приамурского Правительства», следовало создать «Округ Судебной палаты». Владивостокская судебная палата выделялась из прежних структур Иркутской судебной палаты и опиралась как на служащих бывшего Владивостокского окружного суда, так и на прибывших из белой Сибири юристов. Палата (возглавляемая бывшим сенатором Гражданского департамента омских Присутствий Правительствующего Сената П. О. Куркутовым) состояла из Гражданского (во главе с бывшим членом Совещания при Министре юстиции в 1919 г., известным в белой Сибири правоведом, профессором В. А. Рязановским), Уголовного департамента (его возглавлял Куркутов), и департамента административной юстиции. Прокурором Палаты стал управляющий ведомством юстиции Н. П. Николаи.

Новая Судебная палата, входящая в состав общего собрания департаментов, принимала на себя функции, которые при других белых правительствах исполнял Правительствующий Сенат – «высшая кассационная инстанция». Общие собрания окружных судов могли избирать кандидатов на должности судебных следователей, административных судей, членов и товарищей Председателя Окружного суда, а кандидаты на должности Председателей Окружных судов, члены и Председатели департаментов и сам Председатель судебной палаты избирались Общим Собранием судебной палаты, с последующим утверждением Временным правительством. Мировые судьи назначались на должности управлением юстиции.