Книга Барбара, страница 7 – Йорген-Франц Якобсен

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Барбара»

📃 Cтраница 7

Этот разговор о корабле начал ему надоедать.

— Ну как, – вдруг спросил он, обращаясь к Мормышу, – ты сегодня гринду видел?

Мормыш сплюнул себе под ноги. Он понял: это сигнал. Сейчас его начнут дразнить. Его голова резко поворачивалась по сторонам, глаза настороженно блестели. Над ним смеются?

— Гринду? А что, разве гринду увидишь в ноябре-месяце?

— Ну, ты, может, и увидишь. Ты ее видишь, когда никто не видит.

Эта история уже быльем поросла! Мормыш однажды обознался и принял стаю ныряющих гаг за косяк китов. Второпях он забил тревогу и учинил в городе целый переполох. Такие промахи бывали и у других. С той поры минуло столько лет… Зачем опять поднимать это? Каждый раз, когда кто-нибудь заговаривал о том случае, он приходил в ярость.

Мужики захохотали. Мормыш зло покосился на них, смерил каждого ядовитым взглядом. Он подыскивал слова. Вот он остановился возле Самуэля с Подъемника:

— Чья бы корова мычала! Я хотя бы не дрыхну без задних ног на посту, когда киты плавают у меня под самым носом, – в отличие от тебя!

— Меня?!

У огорошенного Самуэля свело рот:

— Меня?!

По всей честной компании прокатился смешок. Этот случай тоже был всем хорошо известен, лишь Самуэль словно впервые слышал о нем. Казалось, из его глаз вот-вот хлынет целое море злости. Он мерил несносного Мормыша глазами: да как он только смеет в чем-то обвинять его!

Началась дуэль взглядов. Потом она переросла в словесную баталию. Оба были выпивши. Обоих распирало уязвленное самолюбие. Они словно говорили друг другу: «Уж мы-то свое ремесло знаем! Мы со своими обязанностями справляемся! И пусть хоть кто-нибудь посмеет возразить!»

Они принялись стучать по прилавку. Габриэль торжествовал: он добился-таки, чтоб вокруг него кипели страсти. Время от времени он вставлял серьезные, сугубо практические замечания, которые разжигали боевой дух дуэлянтов. Но переломный момент в баталии наступил, когда Мормыш внезапно – словно по какому-то внушению – обнаружил в своем словарном запасе слово «стрекулист» и выпалил его. Значения этого слова он и сам толком не знал. Все разом замолкли. Самуэль с Подъемника выпрямился и уставился на Мормыша:

— Кто это «стрекулист»? Я?!

Он тоже не знал, что такое «стрекулист». Но от этого обзывательство не становилось менее обидным. На него надо было чем-то ответить.

— Нет, – взвешенно и с достоинством возразил он и пошел по помещению. Все изумленно следили за ним. Вот он прошел за прилавок: мимо бочек и мешков, вглубь комнаты, к самой конторке Габриэля. Там он встал в позу.

— Нет; сам ты – стрекулист! – проревел он, громко ударив кулаком по приходно-расходным книгам. Он послал Мормышу испепеляющий взгляд. А потом, с чувством выполненного долга, тем же длинным путем возвратился на свое место.

Мормыш неистово завращал глазами. Он был сражен.

— Я?! Я стрекулист?!

Он раскрыл рот от удивления. А вдруг оно так и есть?

— Нет! – твердо сказал он, едва к нему вернулась былая уверенность. – А вот ты – да!

Он сбросил башмаки, прошел за прилавок, пробрался к самой конторке, ударил по ней и плачущим голосом прокричал:

— Сам ты – стрекулист!

После этого он пробрался обратно на свое место и снова надел башмаки.

Как ни был Самуэль обескуражен первым обвинением в свой адрес, дальнейшее обескуражило его не меньше. Вообще природа наделила его редкой способностью удивляться злу этого мира – и сносить это зло с подобающей душевной силой. Но сейчас он был просто обязан выразить протест!

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь