Книга Замри. Роман с театром, страница 40 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 40

Почему так запомнились юбилеи Арбузова? Ну, конечно, наш театр оказывался так или иначе причастен к праздникам своего драматурга. Но не только поэтому. Сам он ярко выявлялся на перевалах жизненного пути.

В семидесятипятилетие мы, по его просьбе, играли в театре Маяковского «Победительницу». Было торжественно и благородно, а через шесть дней – вечер в Доме актёра. Жарко, двери зала открыли, но в них теснились оставшиеся без мест. Вроде бы хорошо – играли отрывки из пьес, пела Камбурова, Маслаченко дарил мяч. Молодые драматурги, ученики, образовали хор и предложили Арбузову продирижировать. Он охотно пошёл на импровизацию и сделал это так артистично, что доказал – мечта не была беспочвенна. Всё хорошо, но как-то легковесно. А. Н. просил устроителей, чтобы было смешно. Но кинокапустник и другие попытки смешить не удались. Вечер угрожающе катился под гору, и никто не знал, как его остановить.

Арбузов остро чувствовал зал, уловил настроение. Если в театре Маяковского, после Плучека, Эфроса, Гончарова и других, он говорил коротко и превратил всё в шутку, то тут, ощущая бездумность происходящего, А. Н. произнес серьёзную речь. Поздно, душно, томительно. А он наперекор всему говорит об учителях, о П. Гайдебурове, о Бабановой… И в зале стало легче дышать.

Близкие поднялись наверх готовить чай, а мы сидели в палисаднике его такого московского двора на Плющихе. Ни слова о прошедшем вечере – всё больше о будущей пьесе.

Казалось, так будет всегда: жизнь отвечала взаимностью на арбузовскую любовь к ней. А. Н. бесконечно дорожил ею, ценил, был предан, но она была уже увлечена кем-то другим. Удар следовал за ударом. «Это теперь моя тема», – проронил А. Н. на праздновании премьеры «Победительницы», когда кто-то всуе упомянул о смерти. Сказал тихо, для себя. Если бы я раньше слышал от него нечто подобное, наверное, даже не расслышал бы его слов в буфетном гуле. Этой темы он всегда чурался. Может, жизнелюбие – обратная сторона страха?

Я был один на кухне. Стол, за которым так хорошо было сиживать с Арбузовым, пестрел иностранными этикетками. Они уже не соблазняли вкусом заморских вин, а наводили страх – таблетки, таблетки, таблетки. Валялись бумажки с фамилиями редких врачей, раскрытый дневник Риты Лифановой, куда она скрупулёзно заносила данные о состоянии А. Н., день за днём, час за часом. У него были врачи. Когда они зашли на кухню, их умные лица были спокойны. Знаете эти спокойные лица врачей? Они немного посидели и уехали, попросив, если что, звонить. И тотчас раздался голос А. Н., желающего говорить со мной. И пошли расспросы об актёрах, обо всём и… о Ялтинском театре.

Это последняя идея, которой он жил, – создание театра на каких-то совсем новых основах, с центром в Ялте, филиалами в Москве и Риге. В нём должны были играть актёры из разных городов и стран. Поскольку я, по идее А. Н., должен был быть одним из его организаторов, он часто говорил со мной об этом.

Арбузов не мог писать (не слушалась рука), но он не мог не сочинять. Прикованный к креслу, А. Н. творил театр. Срывающимся голосом просил объяснить медлительность, почему не еду в Ялту, там новый руководитель весьма неравнодушен к искусству, с ним уже говорили, пора перейти к делу.

Не знал, что ответить. Я мямлил что-то невразумительное и менял тему.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь