Книга Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы, страница 176 – Михаил Ямпольский

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы»

📃 Cтраница 176

выдолбленные в скале каналы были сделаны, чтобы принять в себя кусты и/или деревья в виде упорядоченных рядов, так, чтобы они одновременно функционировали в качестве разметчиков пространства и ландшафта и одновременно замыкали собой ритуально значимое пространство[855].

Раскопки в Курионе особенно хорошо показывают, что деревья имели функцию, сходную со стеной периболоса, то есть с границей двух зон – человеческой и божественной (природной). Это отдаленное подобие парка обладает своего рода лиминальностью (в духе Виктора Тернера), то есть переходностью, неопределенностью статуса.

Эта лиминальность хорошо проявляется в необычном виде садов, которые называются могильными. Захоронения особенно почитаемых граждан должны были располагаться в своего рода погребальном теменосе, хорошо описанном Платоном. Платон специально останавливается на странном полусвятилище, являющемся могильником наиболее уважаемых евфинов, похороны которых им представляются как почти религиозная процессия:

Склеп для евфинов будет устроен под землей, в виде продолговатого свода, по возможности из камней, ценных и прочных: там, друг подле друга, будут стоять каменные ложа, куда и надо возложить того, кто стал причастен блаженству. Кругом следует насыпать холм, обсадив его со всех – кроме одной – сторон древесной рощей. Одну сторону надо оставить, чтобы склеп с этой стороны мог быть расширен в течение всего последующего времени, не нуждаясь в дополнительной насыпи для почивших. В честь евфинов будут учреждены ежегодные мусические, гимнастические и конные состязания[856].

Говоря о роще вокруг склепа, Платон использует слово ἄλσος, которым обычно называли священную рощу. Дерис Бирге в диссертации, посвященной священным рощам в Греции, отмечает нежелание некоторых авторов использовать это слово применительно к деревьям на могилах героев, так как герои не обладают бессмертием. Бирге указывает, например, на Павсания, который, говоря о могиле смертного Алкмеона и о деревьях на его могиле, избегает слова ἄλσος и пишет просто о кипарисах[857]. Это различие, конечно, значимо, но оно не отменяет принципа – того факта, что деревья маркируют границу и, соответственно, переход от одного состояния к другому – от смертного к бессмертному или от жизни к смерти.

В принципе, некоторые деревья прямо связывались с богами. Даже кипарисы, имевшие устойчивую ассоциацию со смертью, прежде всего связывались с хтоническими божествами вроде Деметры и Афродиты. Тот факт, что дерево корнями уходило в землю и было способно приносить плоды, указывал на воплощенную в нем связь смерти и плодородия, то есть новой зарождающейся жизни. И уже это одно пронизывало деревья идеей бессмертия. Буркерт пишет:

В большинстве случаев каждое святилище имело свое особое дерево: на афинском Акрополе в святилище «богини росы» Пандросы росла маслина, за которой специально ухаживали. Когда в 480 г. персы сожгли храм, она тут же снова пустила ростки, став символом неувядающей жизненной силы Афин. В святилище Геры на Самосе постоянно на одном и том же месте пребывала ива (lygos), ставшая частью большого алтаря. На Делосе показывали пальму, к которой прислонилась Лето, когда рождала божественных близнецов – Артемиду и Аполлона. Ни с чем Одиссей не смог сравнить свежую прелесть Навсикаи лучше, чем с этой пальмой. В Дидимах возвышался лавр Аполлона, в Олимпии была дикая маслина (kótinos), чьими ветвями венчали победителя. Самым древним и священным был дуб (phegós) в Додоне, шум кроны которого давал пророчества. Дерево находилось в тесной связи особенно с греческими богинями: афинское изображение Афины вырезано из древесины масличного дерева, а тиринфское Геры – из грушевого дерева[858].

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь