Книга Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы, страница 125 – Михаил Ямпольский

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы»

📃 Cтраница 125

Шарль Було, исследовавший скрытую геометрию живописной композиции, обратил внимание на специальный эффект, который производит треугольная рама. Она создает простую и внушительную симметрию двух сторон, рассеченных центральной осью, но в принципе обычно преодолевает монотонность симметрии, и происходит это благодаря «подавлению центра». Действительно, несмотря на всю симметрию, треугольник обычно не выглядит сцентрированным вертикальной осью. Все происходит так, замечает Було, как если бы две симметричные половины, сохраняя направленность движения внутри себя, вместо центральной жесткой оси благодаря этому динамическому порыву производили «гибкую кривую, а единая фигура, создаваемая их союзом, обретала качества декоративного орнамента, похожего на классическую пальметту»[595]. Это орнаментальное движение очень похоже на то, что Пьер де ла Косте-Мессельер обнаруживал в одеяниях Афины на фронтоне храма. Движение перестает быть направленным вбок и обретает вертикальность, но орнаментально искривленную. Эта орнаментальность хорошо вписывается в саму метаморфозу репрезентации, переходящей от прозрачности миметизма к непрозрачной материальности статуи. В этом контексте, как мне кажется, нелишне вспомнить и о «контрасте» и несовпадении линии и оси,создающих, по мнению Вольфганга Кемпа, «множественность смыслов и направлений»[596].

Так или иначе, сама структура фронтонной треугольной рамы неожиданным образом разрушает абстрактность геометрии и вводит в изобразительную форму динамическое напряжение, чреватое двойственностью и иррациональностью. Но нечто подобное мы наблюдаем и в самой пространственной форме полиса, к которой имеет смысл внимательнее присмотреться.

Глава 25. Полис: форма, генерируемая краями. Границы

Я остановился на функции рамы во фронтоне, приписываемом Антенору, потому что, вопреки мнению Левека и Видаль-Наке, тут обнаруживается генерация структуры не от центра, производящего изономию, но от краев, производящих набор различных локальных «топологий», вписывающихся в некое общее семантическое поле. Сегодня есть все основания считать, что и греческий полис в основном конструировался не только из центра, но и от края. Раньше представления о полисе основывались в основном на афинском опыте (как сегодня многим представляется – нетипичном) и его интерпретации Аристотелем. Считалось, что полис возникает как результат реформ, смены клановой – гентильной – системы иными – политическими – институциями. И этот процесс политизации и институционализации главным образом связывался с центром. Постепенно, однако, картина стала меняться. Первоначально было обнаружено, что Аттика, например, несмотря на наличие такого мегаполиса, как Афины (вместе с Пиреем население Афин в классический период достигало 50–60 тысяч), была в основном заселена крестьянами, и господствующий тут тип поселения был семейной фермой. Казалось, подтверждается старое, уже приведенное мной высказывание Фукидида, что ко времени войны со Спартой «афиняне долго жили на всей своей земле самостоятельными общинами»[597].

В 1990‑е годы, однако, эта картина стала меняться. Обнаружилось, что примерно 75–80% населения классической Греции жило в городах, и лишь 20–25% в сельской местности. Одновременно встал вопрос о причинах наличия такого «огромного» по отношению к размеру населения количества «городов». Вспомнили старую работу немецкого исторического географа Эрнста Кристена, который еще в 1956 году утверждал, что эти «города» были скорее сельскими поселениями с чрезвычайно высокой степенью политизации. Кристен даже предложил для полиса альтернативное понятие «деревня-государство» (Dorfstaat)[598]. Он утверждал, что главным свойством полиса было владение ограниченным участком земли, годной для сельского хозяйства и обладающей некими природными, ландшафтными границами, отделяющими его от иных полисов. Таким образом, полис уже у Кристена перестал быть чистым городом, но стал комплексом поселения и окружающей его территории совершенно не городского типа.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь