Книга Античная наука в социальном и культурном измерении, страница 42 – Леонид Жмудь

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Античная наука в социальном и культурном измерении»

📃 Cтраница 42

В древнегреческом языке не было общего термина, полностью эквивалентного современному понятию «наука» (science, Wissenschaft и т. д.), как не было в нем и специальных терминов для искусства – его называли гораздо более емким словом technē, или для религии – ее обозначали намного более узким понятием «благочестие» (εὐσέβεια). Современное понятие «наука», относящееся преимущественно, но не исключительно, к естествознанию и точным наукам (мы говорим о юридических или филологических науках, англичане о moral sciences, немцы о theologische Wissenschaften), окончательно сформировалось лишь в XIX в. В русском языке оно постепенно вытеснило старое значение, «учение, выучка, обучение» (словарь Даля)[214], в разговорную речь: «будет тебе наука», или в цитаты из классиков: «наука страсти нежной». В греческом происходит сходный процесс, с той, однако, разницей, что прежние значения слов technē и epistēmē, которыми стали называть науки, когда они появились, веками сосуществовали с новыми, приобретая дополнительные значения. Epistēmē[215], означая первоначально «практическое знание, умение», развилась в направлении «точного, безошибочного, научного знания» и потому в разных контекстах могла обозначать весьма широкий и разнообразный круг знаний от философии до мантики и кузнечного дела. С epistēmē до самого конца античности конкурировала technē, исходно «плотницкое/столярное умение», затем всякое профессиональное умение, знание, искусство[216]. Technē также обладала солидным познавательным потенциалом, хотя и уступала epistēmē из‑за своей более практической ориентации. Важно иметь в виду, что если на самом высоком уровне обобщения, при анализе многозначных родовых понятий epistēmē и technē, частично перекрывающих друг друга, мы сталкиваемся со значительными трудностями, то на уровне видовых понятий, обозначающих конкретные группы научных дисциплин, и особенно на нижнем уровне, в именах отдельных наук, определенности гораздо больше.

Названия первых двух наук, геометрии (γεωμετρία) и астрономии (ἀστρολογία, позже ἀστρονομία), появились в VI в. до н. э. в Ионии, там же, где и сами эти науки[217], но надежно засвидетельствованы в последней трети V в.[218] И geōmetria, «измерение земли», возникшее, по словам Геродота, из потребностей передела земельных участков после разливов Нила (2.109), и astrologia, «учение о звездах», необходимое земледельцу и мореходу, изначально имели практическое назначение, от которого они, впрочем, довольно быстро отошли. В «Послезаконии» (996d2), написанном учеником Платона Филиппом из Опунта, геометрия названа «очень смешным именем» для науки, далекой от измерения земли; тогда же, в середине IV в. до н. э., у геодезии, практически ориентированной «кузины» геометрии, появилось ее нынешнее название[219]. Имена «астрономия» и «астрология» долгое время использовались альтернативно для одной и той же науки (настоящая астрология появилась в конце эллинизма): Платон, например, употреблял только первое из них, а Аристотель только второе (ср. ниже, 8.6).

В отличие от старых ионийских терминов названия сформировавшейся в течение V в. до н. э. арифметики, arithmetikē или logistikē (от ἀριθμός, число, и λογισμός, счет), ориентированы на понятие technē, в рамках которого осмыслялось большинство аспектов деятельности, подразумевающей умение, основанное на знании и опыте. Разделение на практическую логистику и теоретическую арифметику впервые встречается в классификации наук Гемина (вторая треть I в. до н. э.), позже оно было подхвачено неоплатониками, которые, естественно, возводили его к Платону. Между тем разница между логистикой и арифметикой у Платона состояла в том, что первая относится в основном к счету, а вторая к вычислению; при этом обе дисциплины могли быть как теоретическими, так и практическими[220]. В поэтических текстах V в. до н. э. фигурируют не эти привычные нам названия наук, а метонимии и перифразы: «число» и/или «счет» вместо «арифметики» и «логистики», «небесные знаки» вместо «астрономии», как, например, в похвале Софокла герою Паламеду, изобретателю «весов, чисел и мер», научившему людей воинской тактике и «небесным знакам»[221]. Перифрастические описания наук встречаются и в прозе: у Платона три главных mathēmata включают в себя «науку о счете и числе», «об измерении длины, ширины и высоты» и «о периодах обращения небесных тел»[222].

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь