Книга Античная наука в социальном и культурном измерении, страница 133 – Леонид Жмудь

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Античная наука в социальном и культурном измерении»

📃 Cтраница 133

Не менее значимой была позиция другого столпа греческого образования, Исократа. В речи «Об обмене имуществом» (ок. 354–353 до н. э.) он упоминал о возможности зарабатывать на жизнь точными науками (в первую очередь, видимо, преподаванием) как об обычном деле, что, вероятно, подразумевал и Ксенофонт (см. выше, 309). Сам Исократ, подобно Протагору и Сократу, полагал, что точные науки далеки от жизни и потому бесполезны в воспитании достойного человека и успешного гражданина. Однако в этой речи он представил свою позицию как среднюю между двумя крайностями: большинством, для которого mathēmata – это пустая и ничего не стоящая болтовня, бесполезная в частных и общественных делах, и теми, кто восхваляет эти науки и обещает от них пользу, ибо и в их словах есть истина (Antid. 261–263). Дело в том, что mathēmata, в отличие от других занятий, помогают не тогда, когда мы их усвоили, – разве что те, кто в них усовершенствовался, решат жить за их счет (264), – а в ходе самого обучения:

А именно, занимаясь разработанными и точными науками – астрономией и геометрией, вынужденные сосредоточивать свой ум для изучения трудно постигаемых вещей, привыкнув подолгу задерживаться над мыслью и напрягать ум над тем, что им говорят и показывают, и сохранять остроту своего внимания – всем этим упражняя и оттачивая свой разум, они легче и быстрее могут усваивать и постигать более важные вещи, заслуживающие большего внимания[658].

Это, конечно, еще не философия (так Исократ называл свое искусство политического красноречия, 270–280), а «гимнастика ума и подготовка к философии», некая средняя ступень образования для молодых людей; заниматься ею не следует слишком долго, чтобы ум не закостенел (266–268). Между отношением Платона и Исократа к научному образованию в его связи с по-разному понимаемой ими «философией» есть, таким образом, очевидные параллели, хотя инструментализм Исократа, конечно, гораздо более последователен и ограничен. В своей Панафинейской речи (339 до н. э.) почти столетний ритор усматривал пользу в обучении mathēmata и эристическим диалогам (то есть диалектике) лишь в том, что они удерживают юношей от совершения многих других ошибок (Panath. 28, см. выше, 281). Вместе с тем он признавал, что этот тип образования в недавнее время установился в Афинах (Panath. 26).

Итак, социальная и воспитательная роль mathēmata обосновывалась в классический период по-разному. В то время как Архит под влиянием софистов апеллировал к наглядной, но не прямо утилитарной полезности mathēmata для общества и для совершенствования личности, Платон, признавая практическую пользу точных наук, видел их главную ценность в благотворном воздействии на разум и душу будущих философов-правителей, а Исократ – в инструментальном оттачивании ума учащихся. Все эти позиции в разных сочетаниях просуществовали до конца античной эпохи. Теорию самоценности научного познания, независимо от его практической значимости для общества и этической – для личности, впервые ясно сформулировал Аристотель, отделив при этом теоретические epistemai от практических, а интеллектуальные достоинства (ἀρεταί) – от этических[659]. Образование, которое следует давать сыновьям, должно быть не полезным или необходимым, а достойным свободного человека и благородным, подчеркивал он (παιδεία ἐλευθέριος καὶ καλή, Pol. 1338a30–32). Несмотря на очень частое обращение к материалу точных наук, подразумевающее знакомство с ними читателей и слушателей Аристотеля, он практически нигде не пишет о преподавании mathēmata, в том числе и в VIII книге «Политики», посвященной образованию в наилучшем государстве. Она рассматривает лишь обычные школьные предметы – чтение, письмо, гимнастику и музыку (к ним добавлено рисование) – в обязательном порядке изучаемые будущими гражданами (ремесленники в их число не входят) с 7 лет до 21 года. Теоретические же науки, самые важные для самого Аристотеля, здесь вообще не упомянуты, возможно, потому, что он считал их не общеобязательными, а подходящими лишь для частного обучения способных к ним детей. Возможно также, что преподавание mathēmata для юношей обсуждалось в несохранившейся части VIII книги «Политики», которая обрывается едва ли не на половине, или что эта часть так и не была написала[660].

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь