Онлайн книга «Арктур: цена свободы»
|
Артур опустил меч. — Опять головой в том доме? — Три дня ни слова, — сказала я. — Жив он или нет, что с ней. И спросить не у кого. Он опёрся на меч. — Томас вернётся и расскажет, что сочтёт нужным. А до тех пор не думай об этом. Ты своё сделала. Если будешь принимать каждое задание близко к сердцу, тебя не хватит и на полгода. — А ты не принимаешь? Он помолчал чуть дольше, чем нужно было. — Нет. — Он поднял меч. — Ещё десять повторов. И держи локоть. На десятом повторе я всё ещё думала об Аделин, но удары больше не пропускала. * * * Томас вернулся на пятый день и почти сразу позвал меня в кабинет. На этот раз на столе не было ни планов, ни бумаг — только чай, который он молча подвинул ко мне. — Отец жениха оказался человеком действия, — сказал он. — Уже на следующий день он удвоил охрану сына. За три дня подкупил половину прислуги в доме невесты. Он загнул третий палец. — Переписать брачный договор уже нельзя, но благодаря нам он знает все ловушки, которые в нём расставлены. Так просто он в них не попадётся. Я молча переваривала услышанное. — Значит, он жив, — сказала я. — Жених. — И, судя по всему, проживёт долго. Я была по-настоящему рада. В ту ночь в гостиной Томас хвалил меня за то, как я держалась. Мне было приятно, но то была похвала работе. А теперь оказалось, что благодаря этой работе в чужом доме остался жив человек. — Хотя должен сказать честно, — добавил Томас, — заказчику важен был сын. Судьба Аделин его не интересует вовсе. — Я понимаю. — Понимаешь и всё равно рада? — Рада. — Я подумала. — Ей теперь хотя бы не придётся становиться вдовой в семнадцать лет. Томас ничего не сказал, только кивнул. — А тётка? — спросила я. — Ирис. — А тётка этот брак и устроила. — Томас усмехнулся. — Отец невесты думает, что решил он. Ирис — его сестра. Склады, подряды и половина долгов записаны на брата, а ведёт их двадцать лет она. Замуж её в своё время так и не выдали, и в этом ей, пожалуй, повезло: вышла бы — вела бы хозяйство мужа, а не дела брата. Я вспомнила, как она сказала Аделин, что пути назад нет. Тогда я услышала в этом строгость тётки, а на самом деле это говорил человек, который всё и построил. — И ещё одно, — сказал он, когда я уже думала, что разговор окончен. — Про невесту. — Что с ней? — У неё есть человек. Я не сразу поняла. — В каком смысле? — В том самом. — Томас говорил без всякого осуждения. — Сын одного из приказчиков её отца. Полгода, может, и больше. Половина дома об этом знала, так что выяснилось быстро, стоило начать спрашивать. Я сидела и складывала это со всем, что помнила сама: девушку перед зеркалом с тревогой, которую она с трудом прятала; девушку, которая обрадовалась незнакомой служанке только потому, что с той можно было поговорить; девушку, у которой прорвалось в голосе отчаяние, когда тётка сказала, что пути назад нет. Всё это осталось правдой, только теперь к ней прибавилось ещё одно. — Она за него не вышла бы, — сказала я наконец. — Приказчиков сын. Ей бы не позволили. — Верно, — согласился Томас. — Тогда что ей оставалось? — Ничего. — Он пожал плечами. — Я не говорю, что она плохая, Вейн. Я говорю, что она не такая простая, какой тебе показалась. Это разные вещи. Теперь мне вспомнилась совсем не Аделин, а тот нескладный мальчишка лет двадцати, который весь вечер держался возле неё и дважды отогнал от неё подвыпившего родственника. |