Онлайн книга «Привет из прошлого»
|
— В какой-то мере, — говорю я. — Смотрю на рынок. Меня интересует технологический сектор — у нас в Италии он развивается иначе, здесь другая скорость. Это открывает дверь. Элайджа, как я и предполагала по досье, не только в сфере финансов — он смежник, советник, человек с широкими связями и мнением обо всем. Он начинает говорить о рынке с той свободой, с которой говорят люди, которым есть что сказать и есть кому сказать. Я задаю точные вопросы — достаточно компетентные, чтобы он понял: я разбираюсь, — и достаточно открытые, чтобы ему было куда развернуться. Внутри я слежу за каждым словом и одновременно отмечаю: это приятный человек. Не удобная фигура в схеме — именно приятный. Смешной и умный, без той показной остроты, которая обычно компенсирует что-то другое. Я убираю эту мысль в сторону. Она лишняя. — Если вы серьезно смотрите на местный рынок, — говорит он в какой-то момент, и в его голосе — не давление, скорее небрежная щедрость, — вам стоит познакомиться с Джейсоном Харди. Он здесь человек, которого знают все, кому нужно знать. Компания сейчас переживает непростой момент, но сам он — из тех, от кого уходишь с пониманием того, как устроен этот город. Я делаю маленький глоток. — Звучит как рекомендация, — говорю я легко. — Это она и есть. Внутри — ни одного лишнего движения. Я не позволяю себе даже тени торжества. Просто фиксирую: он произнес имя сам. Сам, без подводки, без моей провокации. Это означает, что Харди естественно встроен в разговоры Элайджи — близкий человек, не просто деловая связь. И что разговор о Харди через Элайджу не потребует специального усилия с моей стороны. Элайджа сам проложит мостик — нужно только его не торопить. — Мне интересны люди, которые понимают, как устроен город, — говорю я. — Особенно в такой момент, когда все меняется быстрее, чем успеваешь следить. Элайджа смотрит на меня с той теплой внимательностью, которая говорит: он запомнил меня. Не как красивую женщину у стойки — как человека, с которым разговор имеет смысл продолжать. Это именно то, чего я добиваюсь. — Тогда вы в правильном месте, — говорит он. — И в правильную ночь. Я улыбаюсь — немного шире, чем прежде. Ровно на один градус теплее, чем было до этого момента. Достаточно, чтобы расстояние стало чуть меньше. Недостаточно, чтобы стать обещанием. Алессия умеет дозировать тепло. Алессандра знает: этот вечер сделал свое дело. * * * Элайджа уже смотрит на меня так, как смотрит человек, которому понравилась собственная идея. — Знаете, — говорит он, и в этом «знаете» есть легкая хозяйская теплота, будто он только что решил стать моим проводником по городу, — здесь сегодня есть несколько людей, с которыми вам стоит познакомиться. Я могу вас представить. Я даю паузе длиться ровно столько, сколько нужно, чтобы она не выглядела рассчитанной. — Буду благодарна, — говорю я. — Но не торопитесь. Я только начинаю смотреть. Это правда, и это ложь одновременно. Я не только начинаю смотреть — я смотрела неделями, прежде чем ступить на этот паркет. Но Алессия Ди Джованни — женщина, которая никуда не торопится, потому что уверена в собственном времени. Это производит нужное впечатление. Элайджа чуть заметно улыбается: мне кажется, он привык к людям, которые хватаются за любое предложение обеими руками. Я достаюсь ему труднее. Это тоже часть работы. |