Онлайн книга «Пламя Венеции»
|
— Они забрали Солнце. — Я сделаю новое. — Такое не повторить. Полиция приехала через два часа и надежд почти не оставила, хотя заверила, что приложит все усилия, чтобы найти преступников. Елена то и дело просила у Тициано Camel, жадно затягивалась и тушила одну сигарету за другой в желтой пепельнице. Она была задумчива, потерянна. Но в одном не сомневалась: она хотела отомстить. Она тут же велела вставить новую стеклянную дверь: «Не собираюсь лишаться вида на лагуну – лучше буду спать здесь с калашниковым». Наняла для ночной охраны типа, похожего на Челентано. Укрепила бронированные двери, нарастила ограду вокруг печи и пустила поверху колючую проволоку. «Придется превратить мастерскую в Пентагон», – говорила она с горечью. Чеки были уже заблокированы, на счетах хватало денег, ущерб был терпимым. Она собрала всех у печей: «Что за лица? Работаем дальше, без страха. Цех стоит на ногах крепко и будет стоять». Настоящей раной была потеря стекол. Елена чувствовала пустоту сродни той, что она испытала после смерти Джусто или – пусть та боль была слабее – Клаудио. На Мурано новость разлетелась мгновенно; к мрачным газетным заголовкам – «ограблена Fornace dell’Est», «очередной удар для Елены Спина Торчеллан» – примешивалось островное соперничество, при котором любая чужая беда – в радость, а уж тем более беда этой парочки, что даже не жила на Мурано. Неспроста в те дни, стоило ей выйти из мастерской, она то и дело натыкалась на участливого Фаусто Пеллегрина. Вот он – этот хвастун. — Слышал, Елена, про ограбление… Какой ужас! — Да уж. — Если что-то нужно – мы рядом. — Как всегда. — Представляю, с деньгами сейчас туго… У нас-то как раз все отлично, если понадобится заем или что-нибудь еще – не стесняйся. Трудно было поверить, что по документам этот человек был лишь немногим старше нее – даже не на десять лет. Давно став дедом, он толстел и толстел, а заодно раскармливал свой разрастающийся клан. Пеллегрины, надо отдать им должное, были достойны восхищения: все друг за друга горой, ни кризисов, ни потрясений, «Классические стекла» в моде уже полвека. Будто они с Еленой были разных кровей. В ней взяла верх порода Спина – дерзкая, прямая, светская. Они же были трудолюбивыми пчелами, в растянутых, свалявшихся шерстяных свитерах, с рано поредевшими волосами, с очками на шнурке. А их женщины – те появлялись по воскресеньям на мессе, всегда строго одетые, а в цеху их не видели никогда. Впрочем, за этой скромной наружностью скрывался снобизм, причем довольно изощренный. Дом в горах – в Сан-Вито-ди-Кадоре, а не в Кортине. Кабинки на Лидо – в Зоне А, а не у Des Bains. Фаусто она и до кражи встречала время от времени, почти всегда в обеденный час. При виде Тициано он не упускал случая уколоть их: «Отнес цветы Клаудио на кладбище», – обронил он как-то, столкнувшись с ними обоими. Но после той злосчастной ночи он стал попадаться ей на каждом шагу – прислал телеграмму, позвонил, долго говорил: «Понимаю, как тебе тяжело, но надо довериться правоохранительным органам». – «Я и доверяю». – «Хотя вернуть украденное будет очень непросто». – «Спасибо за поддержку». Как же ее злил Фаусто с его показным лицемерным сочувствием. Словом, она должна была вернуть свои стекла – хотя бы для того, чтобы утереть ему нос. |