Онлайн книга «Измена. Не зови меня сестрой»
|
— Я была в магазине, — сказала она вместо приветствия. — Что-нибудь посмотрела? — Пока нет. Там рулон повесили так высоко, ничего не разберешь. Я прислонилась к прохладной стене, обхватив локоть свободной рукой. — Мам, я вчера сказала, будто ты готова меня потерять. Ты этого не говорила. Мама молчала. Я слышала, как у нее на другом конце ложка стукнула о чашку. — Я злилась. Это было несправедливо. — Я и с тобой хочу видеться, Аля. — Я знаю. Теперь слышу. Она глубоко вздохнула. Я почти увидела, как она устраивается на табурете. — Тогда приходи в воскресенье. — Одна? — Я же тебя приглашаю. — Мам. — Одна, — сказала она после паузы. — Ника в другой день придет. Я сжала телефон крепче. Мама молчала, ожидая ответа. — В это воскресенье не могу. На следующее приду. — Ну вот. — Не вот. У меня есть планы. Я приду на следующее. Мама сказала, что испечет яблоки, если в магазине будут подходящие. Потом спросила, точно ли я решила уходить из кондитерской. Я ответила, что да, если мы договоримся об условиях и я подготовлю выход. Мама помолчала, потом сказала, что будет ждать в следующее воскресенье. Я дошла до остановки пешком. В сумке лежали бумаги, которые предстояло разобрать. Возле перехода зазвонил Валера. Он спорил с кем-то на заднем плане, потом извинился: приятель утверждал, что старая городская башня всегда была желтой. — Ты помнишь? — спросил он. — Зеленая она была. — Вот! Я так и говорил. — Но я могла другую вспомнить. — Не порть свидетельские показания. Я засмеялась и перешла улицу на зеленый. Мы договорились увидеться в пятницу. Я спросила, когда он освободится, и записала время на обратной стороне магазинного чека. Глава 11. Чужая кухня В середине апреля, перед собеседованием, я купила новую тетрадь и потом полчаса решала, не слишком ли это похоже на первый школьный день. Тетрадь была без цветов, в плотной серой обложке. Я положила ее в сумку вместе с ручкой, проверила адрес и приехала на двадцать минут раньше. Небольшое производство занимало первый этаж длинного здания за рынком. Пекарня продавала хлеб и несладкую выпечку в собственной точке, часть отправляла в городские магазины. Через открытое окно я услышала стук лотков. На двери для сотрудников висела простая табличка, совершенно не похожая на наши три нарисованных окна. Я постояла у калитки, чтобы не входить слишком рано. Женщина в темной куртке вынесла мусор, посмотрела на меня и спросила, кого я ищу. Я назвала время встречи. Она улыбнулась и велела входить: руководитель уже на месте. В кабинете мне предложили стул, который оказался ниже, чем я ожидала. Я села слишком резко, сумка стукнула о край стола. Руководитель производства сделал вид, что не заметил, и подвинул ко мне лист с описанием работы. Он был моложе меня, хотя ненамного. Говорил быстро, смотрел прямо, имя повторять не стал, и я порадовалась, что записала его заранее. На стене висел план отгрузок. Одна строка была перечеркнута и перенесена ниже; рядом от руки приписали время. — Расскажите, почему хотите уйти из своего дела. Я приготовила ответ, но произнесла проще: — Работаю с сестрой. Больше не хочу оставаться с ней партнером. Долю собираюсь продать. Он кивнул и перевернул лист. — Вернуться через месяц не захотите? — Скучать, наверное, буду. Возвращаться не собираюсь. |