Онлайн книга «Измена. Не зови меня сестрой»
|
— Уже произвел. Два шкафа, и оба с полками. Он поставил передо мной чашку с тонкой синей полосой, развернув ее ручкой ко мне. Я взяла чашку обеими руками и улыбнулась ему поверх края. За завтраком я уронила ложку, нагнулась и зацепилась волосами за край стола. Валера поднял ложку, а я долго смеялась, освобождая прядь. Я сидела в своей блузке, слегка помятой, с голыми ступнями под стулом и не хотела никуда исчезать. Он спросил, во сколько мне надо выйти. Я назвала время и попросила еще раз поставить чайник. До выхода оставалось сорок минут. Впервые за долгое время я не начала собираться заранее. В прихожей он помог мне расправить воротник. Я уже взялась за дверную ручку, когда он сказал: — Про ту работу расскажешь потом. Когда сама захочешь. — Расскажу. Только в таблицу меня не заноси. — Поздно. Там одна графа. — Какая? — Когда опять увидимся. Я повернулась к нему и обняла. На работу пришла вовремя, тетрадь лежала в сумке. А тонкий шарф остался у Валеры. Он написал об этом днем, и я ответила, чтобы пока не возвращал. Глава 12. Взять меньше Цифра стояла в нижней строке, и я трижды возвращалась к ней глазами, будто между первым и третьим разом могло прибавиться еще что-нибудь существенное. Независимый оценщик, которого мы выбрали с Никой после моей первой консультации, положил рядом пояснения. Я подвинула лист ближе, хотя видела прекрасно. — Вы рассчитывали на другую сумму? — спросил он. — Да. Я назвала свою. Вслух она прозвучала не так уверенно, как дома, где я складывала стоимость оборудования, привычный доход и одиннадцать лет жизни. Оценщик спросил, из чего я исходила, и дал мне договорить. Мы сверили сведения о помещении, которое не принадлежало нам, об износе оборудования, запасах, обязательствах и доходах кондитерской в разные месяцы. Я нашла два спорных пункта. В первом ошиблась сама: посчитала вещь дважды. По второму попросила найти дополнительные сведения. — Это можно проверить, — сказал он. — Тогда проверим. У окна кабинета росло высокое растение с пыльными темными листьями. Пока оценщик открывал нужный документ, я смотрела на один надломленный край и вспоминала, как мы с Никой на собственные деньги купили первый хороший миксер. Нам тогда казалось, что дороже в жизни ничего не будет. За одиннадцать лет появились другие покупки, ремонт, удачные месяцы, месяцы хуже. Старое чувство крупной удачи у меня осталось. Цена у вещи давно изменилась. На прощание мы договорились, что я получу уточнение до окончательного согласования цены. Я собрала бумаги и спросила, что в расчете можно было проверить еще. Отметила названные им пункты на полях и закрыла папку. В кондитерской пахло поджаренными орехами. Дина стояла у стола, чуть склонив голову, и разравнивала начинку. Увидев мою папку, она отвела глаза, словно могла случайно разглядеть сквозь обложку чужие расчеты. — Ника в кабинете? — спросила я. — Уехала. Вернется через час. Я кивнула и вымыла руки. Было легче занять их привычной работой, чем сидеть в ожидании. На одной из коробок продавщица написала неправильную букву в имени заказчицы. Я попросила заменить карточку. Пока продавщица переписывала имя, я стояла рядом и впервые за утро улыбалась. Ника приехала с новыми ценниками и мокрым зонтом. В конце апреля погода переменилась за полчаса, и ее светлые брюки забрызгало до колен. Она положила ключи, спросила про заказ, затем села напротив меня. |