Книга Имя на ее губах, страница 29 – Любвизар

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Имя на ее губах»

📃 Cтраница 29

Элия скосила глаз: рожа у Марка, когда он про девку плел, становилась мягче, разглаживалась, будто старая рана переставала ночесь ныть.

— Вспомнила чё про неё? — спросил он.

— Не-а. Имя одно. Да про собак вот.

— Она всех любила, — выцедил Марк. — Даже скотов, которым по морде смазать надо было.

Поперли дальше стучать. И Элия прочухала, что между ними с Марком плесень сошла — не то чтоб сдружились, а так, зацепились друг за друга через ту девку, что прикопана на холме.

К концу второй недели скелет приюта встал. Элия торчала перед ним в сумерках, когда все уже свалили, и зыркала на деревянные ребра. Кривоватый выходил, где-то стропило съехало, да только стоял. Крепко стоял.

— Красивый будет, — выдохнула она в темноту.

— Уж точно не паршивый.

Повернулась — Тобиас сзади плетется, вытирая засаленные ладони о штанины.

— Чё не свалил? — спросила.

— За тобой приглядеть. Ты же за работой про жратву забываешь.

— Ничего я не забываю. Просто не лезет.

Парень подошел, встал рядом, уставился на брусья.

— Мира бы орала от радости, — выцедил он.

— Думаешь?

— Знаю. Всегда бубнила, что ты упертая. Что если тебе в башку вдолбится — хоть гору своротишь, а сделаешь.

Элия глянула на него. Закат брызнул в харю Тобиасу красным, и парень казался старше своих лет — видать, лечилка из него всю дурь выжала.

— Любил её, да? — выронила она.

Он заткнулся. Пальцы сжались в кулаки так, что костяшки побелели.

— Неважно щас, — буркнул.

— Важно. Сказывай.

Он повернулся, и в глазах больше не было пряток. Обычная, сухая правда.

— Любил, — выплюнул он. — Ага. Да только она на Марка зыркала. И чё мне, глотку ему рвать? Он мужик правильный. И тогда был, и щас не скурвился.

— Чё раньше молчал?

— А накой тебе моя грязь? Своей хватало.

Элия смотрела на него и чуяла, как внутри поворачивается жила. Не помнила она прошлого, да только знала: этот парень ей не просто коновал из каморки. Братан он ей. Настоящий.

— Вроде брата ты мне был, — выдохнула она. — Не помню, да чую. Пекся обо мне, как о родной.

Тобиас ничего не хрюкнул, да только плечи у него опустились, будто он мешок с углем с горба сбросил.

Так и торчали у скелета, пока солнце валилось за стену, заливая небушко горячим золотом. Элия впервые прочухала: дома она. Не в той трухе, что забыла, а здесь — среди свежих стружек, гвоздей да чужой верности.

— Завтра крышу зачнем, — выцедил Тобиас.

— Зачнем, — кивнула она.

Поплелась в лечилку. На улице опять закат давал жару — ровно такой же, как на той проклятой горе, когда братаны за руки держались. И Элия знала: зырят они на нее щас. Каждый в своей сухой пустельге, да в одну минуту.

Ввалилась в лечилку, затеплила каганчик, села к столу. А на досках — конверт. Новый. Смолы нет, подписи нет, да почерк мелкий, сухой, ровный — как у писаря, что приказы строчит.

Вскрыла. На четвертине пару строчек выведено:

«Дочесали. Оба. Не режемся. Думаем про тебя. Каждый день. Если чё в башке прорежется — чиркани. Будем ждать. К. и Д.»

Элия сжала бумагу. В глазах сыро стало, щипать начало. Не помнила она их харь, не помнила имен, да знала их до последней жилки — двух дураков, что стояли на макушке скалы и впервые за тысячу лет перестали глотки драть.

Цапнула перо, мокнула в сажу. Накропала на обороте одно-единственное слово:

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь