Онлайн книга «Психопатка»
|
В ночь перед Сочельником, в поздний час, когда все камины уже погасли, Энсор-хаус затихает, словно замирая в преддверии грядущего. В своей спальне Мэриголд открывает глаза в кромешной тьме. Она всматривается в ночь и садится в постели. Рядом шевелится ее супруг. — Проснись, – шепчет Мэриголд. – В комнате кто-то есть. — О чем это ты? – бормочет он, однако к свече на ночном столике не тянется, а лишь надвигает одеяло до самого подбородка. — Я чувствую, что здесь кто-то есть. Они вслепую оглядывают спальню, всматриваясь в пространство за массивными столбиками кровати из красного дерева. Два больших окна занавешены тяжелыми фестонами гардин, и лишь мягкий стук капель по стеклам напоминает о существовании внешнего мира. — Спи, Мэриголд. Завтра будет утомительный день. — Хорошо. Они бросают последний взгляд на комнату, взор их с подозрением падает на силуэт шкафа и глубокого кресла подле него, после чего они вновь откидываются на подушки. Им так и не удается встретиться со мной взглядом. ![]() Глава двадцать седьмая, в которой гости наслаждаются роскошным рождественским пиром и предаются праздничному веселью ![]() Разойдясь по спальням, мы с гостями старательно и настороженно наряжаемся к грядущей битве веселья. Пальцы горничных, растертые докрасна перед работой с нежным шелком, проворно застегивают платья. Камердинеры со знанием дела подбирают запонки с золотом, сапфирами и топазами, которые стоят дороже крестьянских ферм их отцов. Няня гладко расчесывает волосы Друзиллы на прямой пробор и вкалывает несколько гребней с длинными накладными локонами. Их купили специально к празднику, и теперь они струятся по шее девочки блестящими спиралями. В полном одиночестве я облачаюсь в смерть, и зелень струится с моих плеч до самого пола. Миссис Паундс не догадалась одолжить мне туфли. Возможно, она сделала это нарочно, заметив, что у меня нет ничего, кроме пары старых ботинок, цветом и на ощупь напоминающих чечевицу. Платье не подгоняли по фигуре. Подол слишком длинный, и тяжелая ткань с громким шуршанием скребет по половицам при каждом моем повороте. Моя плоть выпирает наружу во всем великолепии, а швы больно впиваются в талию и подмышки. Между грудей я прячу китовый ус с искусной резьбой – корсетную вставку, которую какой-то моряк вырезал для другой женщины. Глубоко внутри, под ребрами, покоится Тьма – посаженный в клетку зверь, ставший вялым от одомашнивания. Я уже очень давно не чувствую души. Наверное, она незаметно выскользнула и покинула меня. Я видела, как другие точно так же теряли стыд или достоинство. У самого сердца я прикалываю жемчужную брошь, с которой хоронили матушку. Мои черные глаза мерцают в зеркале над умывальником. «Я это заслужила», – думаю я. «Они меня заслужили», – думаю я. На лестнице пахнет мясом и сырым деревом с железистым привкусом крови. Вокруг царит тишина, слышен лишь скрип дубовых ступеней под моим весом да легкий шорох пальцев по украшающим перила венкам. Я киваю лакеям в ливреях, неподвижно застывшим по обе стороны от дверей гостиной. Их лица до того серьезны и невыносимо суровы, что я отстегиваю жемчужную брошь и проглатываю ее. В гостиной каждый из присутствующих сияет по-своему, но как-то тускло и затасканно, словно потерянные монеты. Увидев на мне свое старое платье, миссис Паундс кривит губы. Кажется, она уже жалеет о подарке. Скорее всего, она просто чувствует себя нелепо в собственном наряде. Шелк ее платья отливает изменчивым пурпурно-радужным блеском и напоминает огромный синяк, меняющий цвет в зависимости от освещения. |
![Иллюстрация к книге — Психопатка [book-illustration-3.webp] Иллюстрация к книге — Психопатка [book-illustration-3.webp]](img/book_covers/140/140943/book-illustration-3.webp)
![Иллюстрация к книге — Психопатка [book-illustration-7.webp] Иллюстрация к книге — Психопатка [book-illustration-7.webp]](img/book_covers/140/140943/book-illustration-7.webp)