Книга Пепел предков, страница 20 – Александр Попов

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Пепел предков»

📃 Cтраница 20

Корабль качнулся и пошёл на бок. Где-то в грузовом отсеке с грохотом сорвался и покатился незакреплённый контейнер.

— Крен восемь, — сказал Диего. Голос у него сел. — Девять. Десять градусов.

— Предел двенадцать, — отрезал Воронов. — Левой опоре даю тягу.

— Одиннадцать…

— Держи.

Минуту, а может, и дольше, «Гелиос» висел на краю. Потом гидравлика левой опоры вгрызлась в базальт, раздался глухой металлический удар, пошедший по всему корпусу, и корабль замер. Тишина навалилась неожиданно, плотная, почти осязаемая. Только где-то в переборках тикало остывающее железо, да за стеклом оседала пыль, медленно открывая бурое небо.

Воронов перевёл дыхание и заметил, что рука, лежавшая на ручке управления, не желает разжиматься. Пришлось разжимать пальцы другой рукой, по одному. Ладонь была мокрая и чужая.

— Приземлились, — сказал Диего в эфир почти весело, хотя лицо у него было серое, а губы побелели. — Хьюстон, у нас тут небольшой крен на левую сторону. Скажем так, интерьер модерн.

На Земле молчали. Потом сухой голос ответил:

— «Гелиос», поздравляем с посадкой. Приступайте к развёртыванию.

Ни слова про то, что их чуть не убили. Воронов отметил это, запомнил и снова отметил. Диего поймал его взгляд, вздохнул и не стал ничего говорить. Майя посмотрела на обоих, вытерла окровавленную губу тыльной стороной ладони и тоже промолчала.

* * *

К вечеру по местному времени буря улеглась. Небо из бурого стало розовато-жёлтым, потом выцвело до цвета старой меди, и над неровной линией горизонта проступила крошечная белая точка Солнца, вдвое меньше привычной. Базовый модуль раскатали, как рулон ткани. Надувные секции наполнились воздухом с тихим протяжным шорохом, жилой отсек сел на фундаментные опоры, и вокруг него сразу закрутились тонкие красные вихри поднятой пыли. Рохан и Диего гоняли системы жизнеобеспечения, сверяя показания с бумажными таблицами, потому что Рохан не доверял ничему, что нельзя пощупать. Воронов лично проверил каждый шов, проводя по нему перчаткой и вслушиваясь в тонкий, едва различимый звон давления. Вторую смену он потратил на то, чтобы понять, почему координаты посадки оказались ровно в трёхстах метрах от разлома, а не в двух километрах, как значилось в первоначальном плане. Спросил у Рохана. Тот пожал плечами и вернулся к своим таблицам. Спросил у Диего. Диего глянул на командира и сказал:

— Если бы я хотел поспорить с Хьюстоном, я бы остался в Валенсии, Алексей. Сидел бы сейчас в баре на набережной и жаловался на жизнь под апельсиновое пиво.

Другая странность беспокоила Воронова не меньше. За первые сутки доктор Свенссон трижды запросила закрытый канал связи с Землёй, всякий раз «для передачи биологических данных», и всякий раз шифрованный, хотя по полётному плану все данные шли в открытый поток. Он не стал выяснять при остальных. Он просто отметил это, как отметил молчание Хьюстона после посадки.

Ночью, когда остальные спали, Воронов вышел к шлюзу и долго смотрел на трещину. В свете прожектора она казалась просто тёмной полосой, но края её были слишком ровными, словно кто-то провёл по камню гигантским ножом.

Ему вспомнился дом. Жена Лариса и дочь Настя.

Когда они познакомились, она была аспиранткой-филологом и смеялась над его привычкой стучать по столам, чтобы «проверить, не врут ли». Она вышла замуж за лётчика и верила, что это романтика. Потом оказалось, что это ожидание: у окна, у телефона, у календаря с обведёнными датами. Потом оказалось, что это ночные звонки с пустой линией, когда он не мог сказать, где он и когда вернётся. Потом оказалось, что это пустая половина кровати, заученная наизусть.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь