Онлайн книга «Молчаливый мальчик»
|
— Вот-вот. Орал как резаный. Вот уж не думал, что он такой трус, – заявляет Джозеф. – Думал, он будет вести себя как мужчина. — Зуб совсем гнилой был. Сломался, когда доктор его выдергивал, – объясняет Марта. – Вот бедняга и натерпелся. — С моей теткой такое же приключилось, – вступает в разговор Сьюзан. – От ее воплей даже в Бате стекла дрожали. — Но доктор тоже хорош гусь, – поджав губы, говорит Марта. – Явно не привык дергать зубы. Не то что наш кузнец. — А кровищи-то прямо страсть сколько было! – добавляет Сьюзан. – Вы не поверите! Чарльз приоткрывает глаза, совсем чуть-чуть, чтобы хоть что-то видеть через густую завесу ресниц. Марта уже успела накрыть таз тряпкой, спрятав его содержимое. Чарльз снова может нормально дышать. — Теперь работы будет еще больше. Хлопот полон рот. Вот что все это значит. Попомните мои слова. Мало нам беготни вверх-вниз в покои его светлости! А теперь в доме еще один треклятый инвалид. – Джозеф щиплет Чарльза за ухо. – Да еще и этот маленький идиот на нашу голову. Чарльз заглядывает в открытую дверь кухни и размышляет о своей порочности со странным чувством, близким к облегчению. То, что порочность удалось точно установить, – уже кое-что. Теперь это можно считать фактом, фиксированной точкой посреди постоянно меняющегося хаоса, подобно длине и ширине Комнаты правосудия мистера Хортона. Со временем он, Чарльз, сумеет найти способ определить его очертания и подсчитать размеры. Чарльз понимает, что он, должно быть, очень порочный, если сам Господь Бог не может его исцелить. Викарий разговаривал с Господом, и Господь не услышал. И хуже всего то, что Чарльз цепляется за свою порочность и не хочет, чтобы его исцелили. Ничего не говори. Ни слова ни одной живой душе. Что бы ты ни увидел. Что бы ты ни услышал. Тебе понятно? Ничего не говори. Даже Господу? Даже Луи? Чарльз поднимает глаза, и в поле зрения буквально на секунду-другую возникает доктор Голис. Доктор спешит по дорожке, ведущей от конюшни к боковой двери, за ним по пятам следует Джевонс. Из передней части дома доносятся шум и протяжная трель колокольчика. Выругавшись себе под нос, Джозеф одергивает сюртук, делает непроницаемое лицо и марширует в холл. В кухню входит Джевонс. — Мистер Сэвилл снова заболел, – жизнерадостно сообщает садовник. – Бедняга совсем плох. Похоже, ему нужен пастор, а не доктор. На конюшенном дворе тени начинают удлиняться. Вокруг нет ни души. Курица, сбежавшая из мест заключения, клюет мусор возле корыта для лошадей. Чарльз ныряет в конюшню и поднимается по крутой лестнице. Дверь наверху заперта. Мальчик возвращается на нижний этаж, где находятся шесть лошадиных стойл, из которых только одно бывает занято. Появление Чарльза вспугивает пробравшегося на конюшню голубя. Отчаянно трепыхаясь, голубь летит к двери и взмывает в небо. Суматошливые движения птицы заставляют Чарльза поднять глаза. Потолок сделан из нестроганых досок, уложенных на нетесаные балки. Между двумя балками над кормушкой в ближайшем пустом стойле имеется люк. Чарльз забирается в кормушку и, протянув руки вверх, нажимает на крышку люка. Крышка сдвигается. Поток холодного воздуха щекочет ладони. Мальчик еще энергичнее нажимает на крышку люка. Крышка тяжелее, чем казалось. Забравшись на бортик кормушки, Чарльз хватается за край люка и нажимает на крышку изо всех сил. Она внезапно откидывается назад и с грохотом падает на пол. Чарльз протискивается через открытый люк в лабораторию. Люк, скрытый от посторонних глаз, находится под большим столом посреди комнаты. |