Онлайн книга «Молчаливый мальчик»
|
Они еще несколько минут обговаривали вопрос. Сэвилл согласился, что мистер Виль или, скорее, мистер Роуселл как его заместитель продолжит заниматься управлением наследственным имуществом. Роуселл попросил Сэвилла представить заверенное свидетельство о браке, записи о крещении детей и свидетельство о смерти их матери. Это были вопросы, не вызывающие затруднений. Сэвилл слушал и отвечал, словно во сне, практически не обращая особого внимания на то, что каждый из них говорил. Рэмптон не любил Сэвилла и разрушил его карьеру в Американском департаменте, когда ему было выгодно это сделать. Он отвернулся от Августы после побега с любовником и убил ее, когда она попыталась его шантажировать. Он игнорировал Лиззи, свою внучатую племянницу. Его интерес к Чарльзу, похоже, был исключительно династическим – навязчивой идеей богатого человека. Ведь в крайнем случае он видел в Чарльзе угрозу для себя, препятствие, которое следует устранить. И все же. Не было ли в этом завещании намека на совсем другую историю? Наследники по нисходящей линии. Из соседней комнаты послышался очередной взрыв смеха. Мистер Роуселл откашлялся, но не для того, чтобы прочистить горло, а скорее, чтобы деликатно привлечь внимание Сэвилла. — Не сомневаюсь, вам потребуется время, чтобы обдумать все сказанное. Впрочем, тут нет никакой спешки, сэр. В вопросах права черепаха всегда придет к финишу быстрее, чем заяц. – Он рассмеялся собственной шутке и сразу же покраснел. — Я должен поговорить с детьми, – сказал Сэвилл. С наследниками по нисходящей линии. — Конечно, все будет так, как вы сочтете нужным. Мы можем назначить встречу на следующей неделе? А вы, пока суд да дело, найдете необходимые свидетельства или по крайней мере те, что нужно представить. Что было бы хорошим подспорьем. Роуселл проводил Сэвилла до двери. В приемной степенный клерк широко улыбался, перегнувшись через конторку. Перед ним, вальяжно расположившись на стуле для посетителей, сидел месье Фурнье, одетый с головы до ног во все черное. Глава 65 Дом находился в переулке к северу от Лонг-Акр; он цеплялся за респектабельность, совсем как мученик – за свою веру. Во временное жилье в задней части дома, представлявшее собой две соединенные друг с другом квартиры, вели четыре ступеньки. Сэвилл с Фурнье остановились в прихожей. Со стороны грязного двора, окруженного стенами домов, в окно прихожей просачивался тусклый серо-зеленый свет. — Мы могли позволить себе жилье чуть получше, – извиняющимся тоном произнес Фурнье. – Но дело было не только в деньгах. Район тут тихий, неприметный. Никто не задает вопросов во избежание неудобных ответов. — Когда? – спросил Сэвилл. — Когда мы сняли эти апартаменты? В конце сентября, хотя они были свободны до октября. На самом деле тогда, когда вы были в Чарнвуде. Доктор Голис все организовал. Причем не только это, но и путешествие из Франции. Сиделку. И конечно, лечение. Вся обстановка состояла из стола, трех стульев, настенного шкафа и обшарпанного дорожного сундука. В комнате царил идеальный порядок. Пол чисто подметен. Треснувшее оконное стекло недавно вымыто. На месте догоревших в камине углей осталась лишь кучка золы. — За все заплатил граф, – продолжил Фурнье. – Хотя, Бог свидетель, он вряд ли может себе это позволить. |