Книга Сообщница Злодея, страница 81 – Ханна Николь Мерер

Эви остановилась и приняла виноватый вид. Татьянна наблюдала за этим представлением с безмятежной улыбкой на лице, которая была чуть ли не хуже, чем неистовый восторг Эви.

— Я вовсе не влюбилась. Я сказала, что увлечена, – это совершенно разные вещи.

— В каком смысле? – захлопала глазами Татьянна.

— Влюблённости – это для детей.

— Я постоянно влюбляюсь, – заметила Эви.

— Вот именно, – указала на неё Бекки.

Татьянна рассмеялась, а Эви показала ей язык.

— Очень по-взрослому, Эви.

Та присела в реверансе:

— Никогда и не стремилась быть взрослой. Мне ещё не настолько скучно.

Бекки спрятала лицо в ладонях.

— Боги, не знаю, зачем я вообще спрашивала.

Татьянна убрала её руки от лица.

— Ребекка, ты, возможно, спрашиваешь о том, как приударить за объектом твоего… увлечения?

— Нет, – твёрдо ответила Бекки.

— Нет? – подняла бровь Эви.

— Нет! – закричала Ребекка и замолчала.

Прошла секунда, другая, третья.

Эви цокнула языком.

— Да?

Бекки всплеснула руками.

— Да! Ну что, довольна? Я не могу обсудить это с Роландом, потому что тогда он расскажет Рейду, который расскажет Рафаэлю, и тогда мне придётся сменить королевство и имя. – Она распахнула глаза, когда до неё дошло. – Снова!

Татьянна налила чаю в маленькую чашечку и передала ей. Чай магическим образом был ещё горячий, несмотря на то что не стоял на плите.

— Давай-ка перед тем, как ты начнёшь выбирать новое имя, обсудим всё, как подруги, и посмотрим, не найдётся ли выход?

— Ширли, – сказала Эви, постукивая по подбородку.

Татьянна и Бекки воззрились на неё.

— Что? – хором спросили они.

Эви посмотрела на них.

— Ширли – забавное имя. Значит «луг»… Ладно, неважно, проехали. – Она неуверенно улыбнулась, и Бекки охватило досадное чувство нежности и дружбы к этому пушечному ядру в форме человека.

— Я так старалась стать сильнее, чтобы противостоять братьям, противостоять мужчинам в офисе, которые сомневались в моих способностях, когда я заняла свою должность. Я сделалась совершенно неуязвимой для нежности и теперь боюсь, что забыла, как принимать её. Или… как выражать.

Взгляд Эви смягчился.

— Ох, Бекки. Это не так.

— В каком смысле? Откуда ты знаешь?

— Посмотри на свои руки.

Бекки всмотрелась в них, развернула ладонями вверх и обратно. Ничего, кроме розового цветочка, который утром нарисовала Лисса, пока Бекки разбирала бумаги.

— Что? Краска?

Эви бросила на неё взгляд, полный сочувствия к её безнадёжности, но вместо слов просто взяла руку Бекки и заставила её снова посмотреть на цветок.

— Если не считать меня, ты относишься добрее к моей младшей сестре, чем любой другой взрослый в её жизни. Она тебя обожает.

Бекки почувствовала, как горят щёки, и возненавидела этот всплеск восторга от комплимента.

— Лисса – послушная девочка.

Татьянна фыркнула.

— Она заперла нас с Клэр в чулане! Я бы не назвала её послушной.

Бекки прикрыла рот рукой, пытаясь удержать неуместный смех.

— Ну, ей не следовало этого делать, конечно.

Целительница взяла ещё один пузырёк с зельем, забавной формы и цвета растопленного золота. Он звякнул о другие, когда она убрала его в сумку.

— Я восхищаюсь её дерзостью, да и у меня самой хватает проблем в отношениях с людьми. Учитывая, что я всё ещё не могу отпустить свою бывшую подругу.

Татьянна прислонилась к стене у окна и медленно опустилась на пол. Бекки подошла и села рядом, и Эви последовала её примеру.