Книга Сообщница Злодея, страница 165 – Ханна Николь Мерер

Кингсли.

Он краем глаза заметил зелёное пятно, и в следующий миг все охнули, увидев лягушку на вершине столба, готовую в любой момент прыгнуть в воду.

— Кингсли? – осторожно позвал Тристан. – Слезь оттуда.

Золотые глаза лягушки почти утонули в черноте зрачков, сознание отсутствовало, и у Тристана упало сердце.

— Александр. Александр, это я. Это Тристан.

Ничего.

И потом Кингсли скакнул. Тристан и остальные, будто в замедленной съёмке смотрели, как он прыгает со столба в сторону воды, приземляется чётко на кувшинку и мчится к докам, чтобы исчезнуть в деревне.

— Стой! Да чтоб тебя, пошли!

Артур поторопил всех, усадил в карету и схватил Тристана за руку, прежде чем захлопнуть дверцу.

— Это не твоя вина, сынок, – ни в чём. Не забывай об этом.

Артур захлопнул дверцу прямо перед лицом Тристана, запер его в карете и запер слова, которые пробивали крошечные, как от дротиков, дыры у него внутри. Карета покатилась, Тристан украдкой поглядывал на грунтовку, уличных торговцев с рыбой и яркими разноцветными ожерельями, каменные дома, вырастающие всё больше и больше по мере их движения.

— Не упустите лягушку! – Тристан заколотил по крыше, и Сэйдж шикнула на него.

Сэйдж. Шикнула. На него!

Мир перевернулся.

— Не шуми, зараза, – нахально сказала она.

«Не шуми, зараза, а то нас обоих из-за тебя пристрелят».

Первые слова, которые он сказал ей. Получил в обратку.

«Вот тебе урок – в следующий раз, когда встретишь самую бесячую, прекрасную, переворачивающую всю твою жизнь женщину…»

Брось её умирать.

— Вижу его! – крикнул им Артур. – Вижу, куда он скачет! По мощёной дорожке! За… за мухой!

— Куда? – прошипел Тристан, чуть не бросившись на Сэйдж, когда та показала ему большой палец.

Но вся злость испарилась, когда до него, наконец, дошло то, о чём кричал ему разум. Куда вела мощёная дорожка.

— К дому твоей матери!

Дом матери Тристана. Именно туда направлялся Кингсли.

Той самой матери, которая пыталась его убить в последнюю их встречу.

Что ж, по крайней мере, обнимать не станет.

Расплывчатые цвета, крупные люди и одна-единственная мощёная дорожка, ведущая к солидному дому. Муха. Там была муха. Он хотел съесть муху.

Что-то ещё. Он хотел ещё чего-то, но не мог вспомнить, чего именно. Или кем он был помимо того, к чему его толкали инстинкты. Догнать муху. Съесть муху. Язык выстрелил, промахнулся, Кингсли прыгнул вслед за мухой в окошко на кухню и оказался нос к носу с другим существом.

Человеком. Каким и он был раньше.

Александр вспомнил, будто пробудился от дурного сна, в котором забыл всё, что делало его человеком. Как раз вовремя, чтобы какая-то девушка, ошалело взирающая на него большими зелёными глазами, отшатнулась, разинув рот.

Метла рухнула прямо на то место, где сидел Александр, и он быстро прыгнул на один из верхних шкафчиков, едва увернувшись от прутьев.

— Кыш! Кыш, паразит! – Голос её был тихим, таким, какой обычно бывает у прислуги в богатом доме, чтобы не привлекать внимания, чтобы не услышали. Даже сейчас эта девушка придерживалась правил. – Слезай оттуда! Быстро!

Александр никогда не игнорировал просьбы дамы. У него возникло непреодолимое желание подчиниться. Желание и раздражающие манеры. Он спрыгнул на стол, глазея на неё, деревянная столешница скрипнула под ним.