Книга Сжечь ведьму! Или согреть её сердце!, страница 21 – Елена Кара

— Ты очень красивая, — прошептал я, и слова показались мне ничтожными, чтобы описать то, что я чувствовал.

Она улыбнулась — впервые по-настоящему, без тени страха.

— А ты тяжелый, — усмехнулась она, но руки её крепче обвили мою шею.

Барьеры рухнули. Не было больше долга. Не было вины. Не было Ордена и ведьм. Была только кожа, тепло, дыхание. Два одиноких существа, которые нашли друг друга в темноте, чтобы не сгореть в одиночестве.

Я вошёл в неё медленно, давая ей время привыкнуть, время принять меня целиком. Она вскрикнула — тихо, сдавленно, от удивления и удовольствия — и вцепилась ногтями мне в спину. Боль смешалась с наслаждением, создавая коктейль, от которого кружилась голова, затмевая разум.

Мы двигались в ритме, который подсказывало само тело. Быстро, яростно, словно пытаясь успеть всё за одну ночь. Словно завтра не наступит никогда. Словно этот момент был единственным, что имело значение во всей вселенной.

Велена стонала, выгибаясь навстречу каждому движению, её волосы рассыпались вокруг нас, создавая огненный ореол. Я смотрел на неё, на её закрытые глаза, на приоткрытые губы, на слезинку, скатившуюся по виску, и понимал, что люблю её, как женщину, которая стала частью моей души, моим воздухом, моей кровью.

Кульминация пришла внезапно. Волна тепла захлестнула нас обоих, заставляя забыть обо всём на свете. Мир сузился до точки соприкосновения наших тел. Мы кричали, не слыша друг друга, теряясь в этом экстазе, в этом забвении.

А потом всё стихло.

Мы лежали, тяжело дыша, прижавшись друг к другу, слушая, как бьются наши сердца.

Велена открыла глаза. Посмотрела на меня. В её взгляде сквозила хрупкая нежность.

— Теперь мы связаны, — прошептала она, проводя пальцем по моему шраму на щеке.

— Да, — согласился я, накрывая её ладонь своей. — Теперь мы вместе.

И в этот момент я понял, что готов на всё. Ради неё. Ради Элизы. Ради правды, какой бы страшной она ни оказалась.

Глава 10

Утро принесло неестественную тишину, которая бывает перед грозой или перед ударом топора на плахе. Птицы молчали. Ветер стих. Даже огонь в пещере, казалось, перестал трещать, затаив дыхание.

Я проснулся первым.

Велена спала у меня под боком. Её рыжие волосы рассыпались по моему плечу.

Я смотрел на неё, пытаясь запомнить каждую черту: изгиб брови, тень ресниц на бледной щеке, чуть приоткрытые, припухлые от моих поцелуев, губы.

Я хотел бы остаться здесь навсегда. В этой пещере, вне времени, вне долга, вне лжи. Только она и я. Только огонь и тепло. Только любовь, которую мы нашли.

Но стриж улетел, и его послание жгло мой карман сильнее, чем любая рана.

Элиза. Карета. Испытание.

Я осторожно высвободился из объятий Велены, стараясь её не разбудить. Она вздрогнула, что-то пробормотала во сне, потянулась ко мне, но я уже встал. Боль в боку отозвалась глухим нытьем, но я стерпел. Оделся. Проверил меч.

И тут я увидел тени за входом в пещеру.

Сначала я подумал, что это морок, что лихорадка, которую я так старательно скрывал от Велены, наконец добралась до мозга. Но нет. Сквозь узкую щель между камнями пробивались лучи факелов.

И я услышал бархатный, ядовитый голос, который звучал в моих самых страшных кошмарах.

— Выходи, Дамиан. Игра окончена.

Канцлер.

Кровь застыла в венах, превратившись в лёд. Он здесь. Он нашёл нас. Как? Стриж? Нет, птица слишком мала, чтобы её отследили. Значит, он искал нас в лесу. Значит, он знал, что я выжил. Значит, он следил за мной с самого начала. С того самого момента, как я покинул столицу.