Книга Моти для братьев-драконов, страница 36 – Лина Грин

Он чихнул и уселся рядом, продолжая наблюдать.

Я перелистнула несколько страниц и обнаружила, что в рецепте драконьего латте имелась ещё одна особенность: к напитку полагалось подавать маленькую карамельную конфету с пряностями. На полях стояла приписка: «Рейвенам — с двойной порцией карамели. Они всегда делают вид, что не любят сладкое».

Я рассмеялась.

В этот момент за дверью послышались шаги.

— Надеюсь, ты смеёшься не над моими попытками приготовить кофе.

Каэль вошёл в кухню, снял перчатки и остановился, увидев раскрытую тетрадь.

— Нашла что-то интересное?

— Кажется, госпожа Эвелин оставила мне небольшое наследство в виде рецептов. Посмотри.

Я повернула тетрадь к нему. Каэль подошёл ближе и задержал взгляд на странице с названием напитка. Его выражение изменилось так быстро, что я едва успела это заметить.

— Драконье латте, — произнёс он.

— Ты знаешь этот рецепт?

Он провёл пальцами по краю страницы, не касаясь чернил.

— Да. В нашей семье о нём помнят.

Я отодвинула для него стул.

— Тогда расскажи. Здесь написано, что Рейвенам полагается двойная порция карамели. У вас есть какая-то особая традиция?

Каэль сел напротив. Некоторое время он рассматривал запись, словно решая, с чего начать.

— Много лет назад кофейня Эвелин была одним из немногих мест в городе, куда драконы могли приходить без сопровождения целителей и семейных советников. Она умела готовить напитки, которые помогали успокоить магию после сильного перенапряжения. Не лечили и не заменяли помощь специалиста, но давали возможность немного восстановиться.

— Поэтому латте назвали драконьим?

— Не совсем. Рецепт появился благодаря моему прадеду. Он был из тех драконов, которые считали, что любое проявление слабости нужно скрывать. Даже когда магия начинала выходить из-под контроля, он продолжал работать, проводить встречи и делать вид, что ничего не происходит.

Каэль говорил спокойно, но я заметила, как его пальцы слегка сжались на краю стола.

— Эвелин была его близкой подругой, — продолжил он. — Она однажды заставила его провести вечер в кофейне вместо того, чтобы возвращаться к семейным делам. Они вместе придумали напиток, который помогал ему расслабиться. Прадед согревал молоко собственной магией, а Эвелин подбирала пропорции кофе и пряностей.

— И рецепт сохранился в семье?

— Не только в семье. Эвелин оставила его у себя. После её исчезновения кофейня закрылась, а наша семья больше не пыталась вмешиваться в её судьбу. Мы продолжали хранить память о ней, но не считали помещение своей собственностью.

Я кивнула. Это объясняло, почему Каэль и Лиам так хорошо знали место, но не имели права распоряжаться им.

— А двойная порция карамели?

На этот раз он улыбнулся. — Прадед любил сладкое. Просто не хотел, чтобы кто-нибудь об этом знал.

— Похоже, в вашей семье много секретов, связанных с десертами.

— Ты ещё не пробовала наш семейный пирог с грушами.

— Теперь я обязана его попробовать.

— Лиам скажет, что он лучше всех пирогов в городе. Я бы не стал ему доверять.

Мы оба улыбнулись. Разговор неожиданно стал простым и тёплым, словно Каэль ненадолго позволил мне заглянуть в ту часть его жизни, которую обычно оставлял за пределами кофейни.

Я осторожно перелистнула страницу.

— Здесь есть ещё одна запись. Эвелин пишет, что напиток нужно готовить только при участии дракона. Это обязательно?