Книга За гранью Самайна. Наследница, страница 16 – Анна Айдарова

— Конечно. Нельзя одним ответом остановить человека, который намерен тебя задеть. Но можно не помогать ему делать это.

— Например?

— Не признавать, что он имеет право определять, что именно ты должна чувствовать в тот или иной момент. Ты можешь выслушать его мнение, но это не означает, что обязана с ним согласиться. И уж точно не обязана доказывать ему, что имеешь право думать иначе.

Я медленно покрутила стакан с соком в руках.

— Пожалуй, да. Люди часто путают желание быть услышанными с желанием, чтобы с ними согласились.

— Потому что согласие проще принять за понимание.

— А если человек вообще не хочет понимать?

— Тогда, возможно, ему и не нужен разговор.

— А ты сам так делаешь? — спросила я.

— Что именно?

— Управляешь разговорами? Подбираешь вопросы, чтобы собеседник отвечал так, как тебе нужно…

Он даже не задумался.

— Иногда, — легко ответил он.

— Значит, всё-таки часто.

— Эл, по-моему, ты хочешь навязать мне какое-то странное понимание обо мне, — с упреком сказал он. — Я вполне милый и хороший. Но иногда выбираю себя, если мне становится неудобно.

— И не считаешь это плохим?

— Смотря зачем. Можно направить разговор, чтобы не тратить время на пустые споры. Можно помочь человеку сформулировать мысль, которую он сам пока не может выразить. А можно заставить его согласиться с тем, чего он не хочет. Это ведь разные вещи. Да, я иногда тоже пользуюсь подобными схемами, чтобы получить нужный мне результат.

— И как понять, где заканчивается одно и начинается другое?

— Хороший вопрос, Эл. А где начинается и заканчивается то, что ты позволяешь себе позволить? Наверное, по тому, остаётся ли у собеседника возможность отказаться. Если ты не оставляешь ему выбора, это уже не совсем разговор. Думаю, ты умеешь различать эти вещи.

Нам принесли десерт. Официант поставил перед нами специальную посуду, аккуратно полил мороженое соусом и поджёг. Я залюбовалась, небольшим пламенем.

— Красивая подача, — сказала я.

— Рад, что тебе нравится.

Официант улыбался, довольный.

Я попробовала мороженое и не удержалась от улыбки.

— Вкусно?

— Очень.

— Я рад, что доставил тебе несколько приятных мгновений, — серьезно сказал Кай. — У тебя красивая улыбка.

И что бы кто бы обо мне ни думал, мне было приятно его слушать.

Когда мы вышли из ресторана, вечер в городе бушевал во всю. Я шла рядом с Каем и отчего-то радовалась. Впрочем, вечер был приятный, собеседник — еще приятнее.

— Слушай, — сказала я, когда мы остановились возле его железного коня. — А почему ты вообще ездишь на байке? Почему не машина?

Он повернулся ко мне:

— Скорость нравится. И воздух.

— Воздух? В Лондоне? Безусловно тут потрясающий воздух.

— Представь, мне нравится. Тебе ведь тоже понравилось.

Я взяла шлем, повертела его в руках и только потом ответила:

— Да. И воздух, и скорость.

— Вот видишь. Иногда полезно попробовать что-нибудь новое.

— Не привыкай. Это ещё не значит, что я теперь буду постоянно с тобой кататься.

— Разумеется. Я бы и не посмел делать такие выводы.

По его лицу было совершенно ясно, что он не собирается расстраиваться из-за моего предупреждения.

Я вдохнула, надела шлем и устроилась позади него. И город снова потянулся нам навстречу.

Иногда это очень неожиданное открытие, что слишком быстро человек становится частью твоей жизни. Сначала вы просто случайно встречаетесь, это приятно, но если бы не случайная встреча — ты о нем бы и не помнил. Потом встречи становятся регулярными, и ты уже ловишь себя на том, что начинаешь ждать встречи. И что рассказываешь ему какую-нибудь глупость, которую ещё вчера и сама бы не сочла достойной внимания, но с ним можно обсуждать все. А потом вдруг понимаешь, что уже несколько дней подряд думаешь только о нём.