Книга Непокорная. Невеста Севера, страница 35 – Валентина Элиме

— Выдохни, кюна. Силой брать не буду, – проговорил конунг, проводя второй рукой по моей спине. – Но обычаи соблюсти надобно. Не стоит гневить Одина.

Викинги уже все поднялись со своих мест. Ярлы окружили нас с Хальдором. Ко мне шагнула одна из пожилых женщин, имени которой я не знала, как и видела ее впервые.

— Огня тебе в новой жизни, дочка, – шепнула она, всучив мне в руку лучину. – Пусть твой дом всегда будет в тепле.

— Пусть первым будет сын, – шепнула вторая, укрывая меня платком. – Пусть богиня любви и красоты будет благосклонна к тебе, подарив наследника в первую же ночь, – в моих руках оказался ритуальный кинжал.

Женщины ушли. Ярлы образовали круг, больше никого не подпуская к нам.

— Факелы нам! – крикнул кто-то из них.

Им тотчас принесли горящие факелы. Я не понимала, зачем они нужны. Мы находились в доме Хальдора. Неужели первую брачную ночь мне предстояло провести где-то в другом месте?

— В опочивальню! – услышала я и вздрогнула.

Наша процессия двинулась. Впереди шел один из ярлов, второй, Торвальд, замыкал шествие, идя за нами. По бокам от нас шагали еще по двое ярлов, тоже с факелами. Хальдор крепко держал меня за руку, ведя за собой.

— Всех молодых провожают на брачное ложе с огнем, – заговорил он. – Это означает твой высокий статус. Ты – кюна. Иначе никак нельзя. Твой путь засвидетельствовали все. Твои сыновья будут моими наследниками. Они с гордостью станут носить мое имя. И никто не посмеет в них усомниться, что они принадлежать моему роду.

Я кивнула, принимая слова конунга. Придумали же такое! Для чего тогда подписывали официальные бумаги? Но спорить не стала. Ритуал так ритуал. Обычаев следовало придерживаться.

— Огонь еще означает, что наш союз принят моим народом и ничего тайного между нами нет, – продолжил конунг, заставив меня нервно усмехнуться. Главное, чтобы все остальное не потребовали показать публично. – Проводы на брачное ложе для моего народа не просто обязательный ритуал, но один из самых важных.

Шли мы недолго. Вскоре все остановились возле двери, искусно украшенной узорами. Такую ни с чем не спутаешь. Значит, за ней находилось главное брачное ложе, куда нас провожали всем честным народом.

— Пусть боги дадут вам крепких сыновей!

— Пусть ночь будет долгой и сладкой, как мед в этом роге! – нам сунули в руки ритон.

— Пусть достаток сопутствует вам! – нас обсыпали зерном.

— Да будут полны ваши закрома, как будет полно страсти ваше ложе этой ночью! – от этих пожеланий у меня вспыхнули уши.

— Слава конунгу! Слава его жене!

Первым в опочивальню шагнул Хальдор. Внутри горел огонь, а на полу были разложены шкуры. Меня подтолкнули следом за мужем. Стоило переступить порог, как за спиной заулюлюкали и застучали мечами о щиты. Гомон стих, но ярлы не ушли. Они один за другим вошли в опочивальню конунга.

«Не подсматривать же они собрались?» – ужаснулась я.

— Выпей, – Хальдор приподнял рог в моих руках, отвлекая меня от страшных мыслей.

Мои руки дрожали. Я все еще во все глаза смотрела на мужчин, заполнивших собой комнату.

— Пусть молот Тора освятит ваше ложе! – один из ярлов, кажется Йокит, чертил какие-то знаки над белой шкурой, что лежала на постели. И оставил молот под шкурой.

— Пусть завтра кюна проснется с гордо поднятой головой! – произнес Торвальд и положил на стол широкий пояс с ключами. – Утром пусть все увидят тебя в нем.