Онлайн книга «Пиарщица Его Высочества»
|
Старый унтер-офицер спрятал пакет во внутренний карман армейского полушубка: — Будет исполнено в точности, барыня. Дойдет без задержки. * * * Следующие двое суток держали Петербург в лихорадочном, удушающем оцепенении. Банкирский дом Шредера официально объявил о приостановке платежей. У дверей конторы на Невском собралась огромная толпа встревоженных вкладчиков, среди которых были мелкие чиновники, купцы третьей гильдии, вдовы офицеров. Полицейские разъезды перекрыли подступы к набережной Мойки, жандармы сдерживали напор разъяренных людей, требовавших возврата своих сбережений. В министерских гостиных чиновники спешно готовили всеподданнейшую записку о необходимости выделить двадцать миллионов рублей из резервов Государственного банка на "поддержание частного кредита", то есть на фактическую оплату чужих спекуляций за счет народа. Старый двор уже потирал руки, рассчитывая использовать биржевую бурю, чтобы окончательно похоронить идеи городского самоуправления и дискредитировать окружение цесаревича. Но в пятницу утром в столицу прибыл свежий тираж "Московских ведомостей". Передовица Каткова, напечатанная крупным шрифтом на первой полосе, произвела эффект разорвавшейся бомбы. Факты вывода капиталов за границу, точные суммы дутых векселей и роль сенатора Фитингофа предстали перед читателями со всей беспощадной очевидностью. Газету расхватывали на вокзалах и перекрестках, в Английском клубе на Большой Морской царило гробовое молчание. Сановники читали разоблачение с побелевшими лицами В тот же день в Зимнем дворце состоялось чрезвычайное совещание Комитета министров под председательством государя Александра II. По правую руку от императора сидел цесаревич Александр Александрович. Перед наследником лежала объемистая папка, подготовленная Романом, такие как судебные запрещения Коммерческого суда на отчуждение имущества правления Либавской дороги, протесты гильдейских старшин и юридически оформленное обязательство купеческого синдиката во главе с Громовым, взявшего на себя бесперебойную выдачу жалованья рабочим. Разговор за круглым столом шел на пределе напряжения. Когда министр финансов осторожно заговорил о необходимости казенной ссуды ради спасения "международного авторитета российских кредитных учреждений", цесаревич решительно воспротивился. Наследник поднялся во весь свой исполинский рост, оперся тяжелыми ладонями о стол и твердо заявил: — Спасать недобросовестных дельцов за счет казны негоже! Наша промышленность держится трудом миллионов людей и честным купеческим капиталом, а не биржевыми махинациями. Если частный банк вел дела нечисто, пусть отвечает всем своим имуществом перед русскими кредиторами по закону! Александр II внимательно изучил судебные акты, взглянул на лежащую рядом полосу "Московских ведомостей" и наложил резолюцию синими чернилами: В казенном вспомоществовании частному банку отказать. Назначить правительственную сенаторскую ревизию. Требования отечественных заводчиков и поставщиков обеспечить в законном порядке. Замысел сословной оппозиции рухнул. Попытка свалить вину за биржевой ажиотаж на реформы и подорвать влияние купечества окончилась сокрушительным провалом. Сенатор Фитингоф, находившийся в Ницце, получил высочайший указ об увольнении со службы без права возвращения к государственным делам, а контора Шредера была опечатана и передана под прямое конкурсное управление судебных приставов. |