Книга Ты (не) в моём коде, страница 52 – Таисья Тишь

Заказал американо. Марина говорила про работу, потом о чём-то ещё, легко, без нажима. Мне говорить совершенно не хотелось, — кивал болванчиком. Пытался выдавить улыбку. За окном шёл мелкий дождь, редкие прохожие ссутулились, спешили домой, чтобы не вымокнуть под моросящим дождём. Потом она замолчала, обхватив ладонями кружку.

Обеими руками. Как Тая. Только у Таи это выглядело иначе: она обхватывала кружку так, будто грелась изнутри. А Марина держала, как держат что-то хрупкое, чтобы не расплескать.

Не надо их сравнивать.

— Ты пропал, — сказала Марина. Без обиды, с осторожным вопросом, будто проверяла, можно ли вообще спросить.

— Было много всего. Проект, переезд. Мама болеет.

— Лёша говорил, — тихо сказала она. — Я не лезла специально.

— Знаю.

— Но мог написать хоть что-нибудь.

— Мог. Не написал. Прости, не хотел обидеть.

Марина кивнула. Приняла. Аккуратно сложила в стопку, как будто там уже было много принятого.

— Женя, — начала она, опустив взгляд на кружку, — я не понимаю, что происходит. Мы нормально общались, потом ты просто... — она не договорила, пожав плечами. Подняла на меня глаза и уже не отводила. — Я что-то сделала не так?

— Ничего не сделала.

— Тогда что?

Не хотелось быть жёстким, но без этого не получится. Заглянул ей в глаза, чтобы убедиться, что Марина понимает ситуацию.

— Ты помнишь, как оно было с самого начала. Я не говорил тебе ничего, чего не думал. Ничего не обещал.

— Помню, — сказала она тихо.

— Ничего не изменилось с моей стороны. Если тебе это не подходит, я пойму.

Марина замолчала на какое-то время, посмотрела в окно. Профиль спокойный, аккуратный. Было видно, как она это взвешивает, и я вновь знал ответ раньше, чем она открыла рот.

— Подходит, — сказала она. Просто, без театра и без радости.

Она не лгала, она правда так решила. И это было хуже, чем если бы лгала.

«Если не давить, не требовать, ты сам...» Вот что стояло за этим «подходит». Не принятие, а стратегия. Она выбрала меньшее, потому что боялась остаться ни с чем.

Я сам так делал. Надеялся. Годами.

— Поедем ко мне? — спросила она. — Я купила вино ещё на прошлой неделе. Стоит, ждёт.

Заранее. На всякий случай. Ну да.

— Поедем, — сказал я.

В такси она говорила легко, уже без напряжения, смеялась чему-то, касалась моей руки. Я старался отвечать в нужных местах, а сам смотрел на проносящийся мимо за окном город.

Секс был таким, каким бывает, когда тело помнит, а голова где-то в другом месте. Она старалась. Я тоже. Всё работало, но ничего не чувствовалось.

Потом Марина лежала рядом, водила пальцем по моей груди. Мокрые волосы пахли чем-то цветочным, дорогим и тяжёлым.

— Останешься? — спросила она.

— Не сегодня.

Она не обиделась. Или просто не показала, что вероятнее. Кивнула и перевернулась на спину.

— Ты странный, Жень.

— Знаю.

Я одевался, стоя к ней спиной. Мысль пришла тихо и точно, без предупреждения.

Она видела. Не Марина. Тая. Видела, как я без сожаления говорил в трубку той же Марине «не сегодня». Видела, как возвращался утром. Слышала, как я объяснял уже другой девчонке, что «не вариант». Она живёт на одной кухне со мной. Она всё это видела.

И держит дистанцию. Всё логично, чёрт возьми. Не потому, что я недостаточно интересен. А потому что зачем доверять человеку, у которого это поставлено на поток? Я бы тоже не стал.