Книга Нарушая правила, страница 154 – Юлия Устинова

Рано утром мы вышли со стоянки яхт в Герцлии — популярном израильском курорте — и следующие два дня планируем провести в Средиземном море.

— Слушай, а ты можешь вскарабкаться на нее? — я указываю пальцем на грот-мачту.

— Кто-то пересмотрел “Пиратов Карибского моря”. На флоте этим не занимаются, — Тим похлопывает ладонью по мачте.

— А чем там занимаются? — прищурившись, я подхожу к нему и обвиваю руками торс.

С координацией на воде у меня не очень, а вот Тим держится уверенно — сказывается год службы на корабле.

— Хочешь поговорить о таких скучных вещах?

Я игриво пожимаю плечами.

— Не знаю. А есть какие-то предложения? — поднимаю к нему лицо.

Тим наклоняется и целует меня под шуршание паруса. Порывом ветра приносит брызги, и наш поцелуй становится соленым.

— О, да! Ветер сегодня будет что надо, — довольно произносит Тим.

Я с опаской смотрю за борт, на волны, которые разрезает яхта.

— А мы не утонем?

— Ты мне не доверяешь? — Тим смыкает руки на моей пояснице и заглядывает в глаза.

— Просто… Мне как-то сон приснился, давно. Мы тогда с тобой еще жили на той первой квартире, в высотке, — мне даже не по себе становится от внезапно нахлынувших воспоминаний.

— И что там?

Я сглатываю, глядя на горизонт.

— Была буря. Я сидела в каюте, а ты снаружи пытался опустить парус.

— Вещий сон? — хмурится Тим.

— Надеюсь, что нет. Там все плохо закончилось.

— Кого-то съела акула? — Тим пытается обратить наш разговор в шутку.

Я качаю головой.

— Нет. Там не было акул. И плыли мы, кажется, в Тихом океане… Тебя тогда смыло волной.

— Меня? — ужасается Тим.

— Ага.

— Смыло за борт? Черт. Мы возвращаемся. Это дурной знак, — лицо Тима мрачнеет.

— Ты серьезно?!

— Купилась, — его губы растягиваются в ослепительной улыбке. На щеках проступают ямочки. — О святая простота! — усмехается Тим. — Не волнуйся, у нас есть все для безопасного плавания — рация, жилеты, дымовые шашки, шлюпка с проблесковым маячком. Еще у нас есть капитан, — напоминает он о том, что мы не одни на судне. — И самый лучший старпом.

— Старпом — это ты?

— Да, — Тим кивает.

— Все-таки хорошо, что у нас есть капитан, — подкалываю его.

Тим обнимает меня. Его объятия такие крепкие, что мне уже ничего не страшно.

— Что-то, мне кажется, дрон мы сегодня не запустим. Смотри, как разошелся! — восклицает Тим, глядя вперед.

Он наслаждается ветром, а я — его восторгом.

Когда Тим разворачивает нас лицом к ветру, у меня дыхание сбивается, а по коже бегут мурашки.

— Отец утром написал. Послезавтра ждет нас.

Обняв меня под грудью, прижимает к себе.

— Он говорит по-русски? — я поворачиваю голову, чтобы ветер не уносил мои слова.

— Что?

— Я шучу. Расскажи, какой он. Я совсем мало о нем знаю.

— Я же говорил, он очень крутой хирург, и все тетки его боготворят, — усмехается Тим.

— А что конкретно он делает? Лицо, нос или…

— Сиськи, — он отвечает не только словами, но и руками.

Я отцепляю его ладони и сдвигаю их ниже.

— Ох, ясно.

— Не волнуйся, ты ему понравишься.

— Откуда такая уверенность?

— Мама часто говорила, что я — сын своего отца.

Вообще-то, я и правда немного волнуюсь. С мамой Тима — моей свекровью — мы только-только начали нормально общаться. Теперь она зовет меня по имени, а не говорит “девочка” через слова, чтобы подчеркнуть свое превосходство. Но я не обижаюсь и уже знаю, что можно от нее ожидать. А вот что ожидать от свекра?