Книга В порядке исключения, страница 87 – Юлия Устинова

После вчерашнего не знаю, как правильно к ней подступиться.

Всегда знал. А теперь... С чего начать?

Ведь Света все правильно сделала. Разве я бы на ее месте поступил иначе?

Когда уже ключи от тачки с полки хватаю, доходит, что дома пахнет солянкой.

Жена ее только для меня готовит. Сама копчености не ест. Маня и подавно на дух не переносит подобное варево.

Морщусь, пиля себя за собственную недогадливость. Жена ведь первая пошла на примирение. Надо было сесть и поесть, уважить ее. Глядишь и отошла бы.

Бросаю взгляд на часы. Время поджимает.

— Я поехал, Свет. Купить что-то надо?

— Да нет, вроде.

— Позвонишь, если что, — толкаю в ухо гарнитуру.

Резкий хлопок дверцы шкафа звучит как точка в нашем первом за сегодня разговоре.

Она не спрашивает, куда я, как обычно. А это значит — обидел я ее капитально.

Сажусь в машину, щёлкаю ремнём, но не завожу сразу. Пальцы сжимают руль. Перед глазами стоит расстроенное Светино лицо. Мысленно ставлю себе зарубку заехать в цветочный.

В офис страховой приезжаю за десять минут до назначенного времени. Девушка за стойкой предлагает мне подождать в фойе и выпить чай-кофе. У них тут кулер стоит. Наливаю себе воды. Телефон от нехер делать проверяю.

На заставке Света с Маней в нашем саду.

Жене недавно приспичило устроить домашнюю фотосессию. Она и фотографа профессионального пригласила. С дочкой они надели одинаковые голубые платья, а меня за день до этого Света потащила в торговик.

Выбрала в тон их нарядам рубашку, еще до кучи штаны белые и мокасины.

Я таким фраером себя только после армейки чувствовал, когда дембельнулся, накупил себе всё новое и пошел девок гулять.

Не люблю я это — шмотки покупать, примерять. Да было бы еще на что бабки спускать. А то — фотосессия.

Но сейчас, гоняя каруселью рабочие столы на мобильном с фотографиями жены и дочери, понимаю, какая же Светка у меня молодец.

Фотки яркие, сочные. Дом на заднем плане.

Вот продаст его Маня когда-нибудь, а так хоть на память останется.

— Добрый день, Владимир, — по мою душу приходит рыжеволосая в зеленом костюме. — Меня зовут Евгения. Пройдемте?

Поднимаюсь со скрипучего под кожу дивана и киваю страховщице:

— День добрый.

Она меня в свой кабинет приглашает. Окон нет. Клеть-клетью.

— Присаживайтесь, — Евгения указывает на стул напротив своего стола, сама садится чуть под углом, не загораживая собой бумаги, но и не отгораживаясь ими. Открывает тонкую папку, кладёт сверху ручку, смотрит по-деловому: — Я тут подготовила несколько вариантов под разные жизненные ситуации. Но лучше сначала вы расскажете, что для вас в приоритете.

— Для меня главное, — вздыхаю я, — чтобы в случае чего семья не осталась одна разбираться с проблемами. Хочу понять, какой пакет закроет самые острые риски, но чтобы без лишних допов и наворотов.

Евгения дежурно улыбается и делает глоток воды из спортивной фляги, а после долго и подробно расписывает про рисковое страхование.

Когда семнадцать лет назад брал ипотеку, даже не заморачивался с тем, какой мне втюхали полис. А сейчас все выслушиваю внимательно и расспрашиваю дотошно.

Евгения почти каждые минуты три к бутылке прикладывается. У нее уже как навязчивое что-то. Но нынче же модно — вода литрами, осознанность, баланс-хуянс…

Потирая бороду, давлю усмешку, когда страховщица в очередной раз отщелкивает крышку.