Книга В порядке исключения, страница 6 – Юлия Устинова

— Светлана? — невероятно нежно называет меня по имени лейтенант.

То есть, я понимаю, что он без всякой нежности со мной общается. Просто голос у него такой — сладкий, как патока. Ему бы на радио или в секс по телефону, а не участковым чужое дерьмо разгребать. Но это при том, что он действительно его разгребает.

— Да, — натянуто бросаю я. — Представьтесь еще раз. Пожалуйста.

— Не верите? — усмехается якобы участковый.

— Сами понимаете… — неловко тяну я, — в такое время живем.

— Правильно. Бдительность еще никому не повредила. Дмитрий Александрович Семёнов. Старший лейтенант, — снова представляется он. — Отдел полиции “Орджоникидзевский”. Участковый пункт номер “пять”. У вас в подъезде на первом этаже должна висеть информация.

— Никогда не обращала внимания.

— Можете проверить.

— А это прям обязательно, да? Чтобы я пришла? По телефону никак? — наморщившись, интересуюсь.

— Нет. Никак. Мне ваша подпись нужна, — отвечает участковый. Склоняюсь, что это действительно он. — Но знаете, что? Я тут живу рядом. Если вы дома и для вас не поздно, в порядке исключения, могу подойти. Сэкономим ваше и мое время, — предлагает он. — Мне, в любом случае, надо вашего соседа навестить. Он дома. Не в курсе?

— Нет. Уже третий день тишина.

Даже удивительно. Тише воды, ниже травы. Он там не умер случайно?

— Так я подойду?

— Ну… Я не знаю, — растерянно лепечу я, застигнутая врасплох таким поворотом.

Время десять вечера. Как бы… ну такое…

— При мне будет удостоверение, Светлана Семёновна, — заверяет меня Семёнов.

И, наверное, все дело в его чудном голосе и немного ироничном тоне, что, с одной стороны, совсем не профессионально, а с другой — очень даже располагает к общению, потому что я соглашаюсь:

— Хорошо. Приходите.

— И трубку не берет… — с досадой выдыхает участковый уполномоченный, убирая телефон в карман своей форменной куртки. — Когда в последний раз, говорите, его видели? — кивает на соседнюю с моей дверь.

Стоя на пороге своей квартиры, я переминаюсь с ноги на ногу.

— Да в тот вечер и видела, — пожимаю плечами. — Меня же дома целыми днями не бывает. Он мог и приходить. А вы хозяйке квартиры не звонили? Может, он съехал, — с надеждой спрашиваю я.

— Да. Звонил. Говорит, не съезжал, — отвечает лейтенант. Подавив кулаком зевок, он снимает с головы фуражку и сует ее подмышку. — Ладно, Светлана. — Из-под другой достает планшет с зажимом для бумаг и отстегивает от него ручку. — Давайте я вас тогда опрошу. Постараюсь быстро.

С усталым вздохом и очаровательно задолбавшимся видом он толкается плечом в стену, но при этом его взгляд скользит по моим бедрам и ногам.

Я вздергиваю бровь, когда его глаза возвращаются к моему лицу, мол, извините, товарищ старший лейтенант, у меня все халаты такие короткие.

Участковый едва заметно усмехается.

А я внимательно разглядываю его лицо.

Он красавчик.

Серьезно. Не помню, когда я в последний раз использовала это слово в отношении мужика — да сто лет в обед уже не использовала.

Темноволосый. Смазливый, с ямочками на щеках, когда улыбается, но при этом не приторный. Высокий, но не шпала. И телосложение — как я люблю. Не качок, но мускулистый. Кареглазый.

И в глазах его такие черти пляшут, пока мы смотрим друг на друга, что в моем личностном развитии происходит мощнейший откат.