Книга В порядке исключения, страница 3 – Юлия Устинова

Я зависаю на этом явно намеренном и хорошо отработанном движении сильного тела.

Понимаю, что мужик красуется. Еще бы бицепсами под носом у меня поиграл. Однако вида, что раскусила его трюк, не подаю.

— В принципе, можно, — неопределенно отвечаю.

— Когда подъехать? — с места в карьер бросает Владимир.

— Да надо еще с той хозяйкой обсудить, — отмазываюсь я, откладывая его визит в долгий ящик. — Тут же квартирант живет.

— Дык я тебе вась-вась всё сделаю, Свет, — настаивает Владимир. — Считай задарма. Отдашь потом ключи соседям и всё. Еще спасибо скажут.

Он прет как танк.

Скрестив руки на груди, я отставляю ногу, покачивая ее на каблуке.

— И с чего бы вдруг тебе работать себе в убыток? — в мой голос все же прорывается раздражение.

Владимир усмехается.

— С того, чтобы ты своей красивой попой на холодном бетоне больше не сидела, — он награждает мои бедра, обтянутые черными брюками, таким долгим взглядом, что мне хочется зарядить ему между ног. Однако я даже возмутиться толком не успеваю, как мужчина интересуется: — Ты одна, что ли, живешь?

Мои брови взмывают вверх.

Для обычного мастера, желающего больше заработать и предлагающего дополнительные услуги, он слишком напористый и инициативный. И те взгляды, которыми Владимир уже несколько раз одарил меня, явно не по части его профессионализма. Они совсем по другой части. Членистоногой.

Но я так, мать его, устала сегодня, что сил раздражаться из-за того, что какой-то мужик, причем довольно привлекательный, оценил мою задницу, просто нет.

Поощрять его при этом тоже было бы чревато.

Не пойму: он то ли очень наглый и самоуверенный, то ли слишком простой и непосредственный?

Мы знакомы не больше пяти минут, а он общается так, словно всю жизнь меня знает. И вопросы свои формулирует прямо, в лоб, что на них, кроме как честно, и не ответишь.

Я думаю, как выкрутиться, но по итогу в голову ничего путного не приходит.

Говорю, как есть.

— Да.

— А вот жила б с мужиком, то не сидела, — поучает меня Владимир, ковыряясь в замке какими-то специальными железками. Отмычками, кажется. — Сосед твой раз-два в кабину бы получил и сразу б дверь закрывать как надо научился. Шучу, — оглянувшись, улыбается мне, продолжая действовать не глядя. — Я бухих, стариков и женщин не бью. — Раздается щелчок, и он говорит: — Готово, хозяйка. Принимай работу.

Дверь чудесным образом открывается, и моему счастью нет предела.

— Так быстро! Надо же! — радуюсь я.

— Хочешь, я постучу к нему и покажу, как надо замок закрывать? — с готовностью сделать это предлагает Владимир.

Уверена, он умеет быть убедительным. И его огромные бицепсы, широкая спина и крупные ладони, которые могут превращаться в не менее огромные кулаки, очевидно, добавят его словам веса.

Но я и правда одинокая женщина, и только разборок с соседом мне и не хватало.

— Нет, нет! — тороплюсь сказать. — Спасибо. Сколько я должна? По номеру телефона или как? — мне уже не терпится расплатиться и попасть в свою квартиру.

— Да никак. Ничего ты мне не должна, — сообщает Владимир, стягивая перчатки.

— Как это? Я же тебя вызвала. Нет. Я заплачу! — настаиваю я.

— Кофе напоишь, и считай в расчете, — ухмыляется он, опускаясь передо мной на корточки, чтобы закрыть свой кейс.

— Я с работы. И мне не до гостей, — говорю как можно тверже.