Книга (не) твоя Снегурочка. Не думай, не мечтай!, страница 4 – Ника Верон

— Я не могу с вами работать.

Выпалила первое, что на ум пришло. Хотя, да, не могла. Сердце даже сейчас биться учащеннее начинало, стоило взглядами встретиться. От одной мысли о возможном прикосновении мурашки по всему телу пробегали. А что будет, если рядом работать станут? Если изо дня в день, встречаться начнут?..

— Правда? — врываясь в её размышления, поинтересовался Макс, с видимым спокойствием откладывая на стол лист. — Мы с вами, вроде, и не сталкивались еще, — заставляя отвести взгляд, после короткой паузы, добавив, — По работе.

Намеренно подчеркнул? Без сомнения. Инка на считанные секунды задержала дыхание. Спокойствие, как никогда, требовалось.

— Я давно приняла решение, — выдохнула максимально уверенно.

— Уволиться именно тридцать первого декабря? — съязвил Белов, неторопливо поднимаясь с кресла, заставляя тем самым, Инку отступить. — До полудня? — уточнил, глянув на часы. — Яхонтова, мне хоть не ври, — попросил, резко переходя на «ты». — Не подпишу я твоего заявления. Мне заменить тебя некем.

Называется — приехали. И тон — не похожий на шутку. То есть, этот человек собирался оставить её в офисе. Для чего? Между ними давно всё кончено. Радоваться должен, что сама пришла с просьбой об увольнении. Никакой головной боли!

— Не имеете права, — выдерживая максимально дистанцию «босс-подчиненный», вновь заговорила Инка. — Меня уже на другом рабочем месте ждут, — выдала первое, что на ум пришло.

Удивление Белова выразилось в заметно изогнутых бровях. Что-то новенькое. Не припоминала, чтобы в прежние времена так реагировал.

— Да неужели? — и снова, нет, не могла ошибиться, ирония в тоне. Ситуация забавляла? Поиграть, как кот с мышью, решил? — Прямо сегодня? — продолжая выдерживать выбранную тональность, попытался сократить расстояние. — Во сколько: в час, в три? Так у нас с тобой сегодня рабочий день до шести. Завтра — выходной. Сам отдохнуть хочу. После завтра выходим на работу.

Он издевался? Понять никак не получалось истинный настрой человека, которого, как до сих пор думала, отлично знает. Или, вернее будет, наверно, сказать — знала. Не верилось, что всего за год столь разительные перемены произошли.

— Что? Вы не сделаете этого, — почти прошептала в ответ. — Максим Александрович…

— Я все сказал, — в одно мгновение голос зазвучал неожиданно жестко. — Тебя рекомендовали, как отличного специалиста. А мне такие нужны. Иди работай. Если новый год хочешь дома встречать, а не со мной, здесь, — добавил всё так же резко. — И подготовь мне к вечеру полный отчет по финансам. Хочу сразу въехать…

— Ты не имеешь права… — проговорила тихо.

— В самом деле? Хочешь поговорить о правах? — ирония улетучилась, по всей видимости, окончательно. — Не советую. Прав тот, у кого больше прав. Хотя… — остановил короткой фразой. — Можем договориться, — продолжал медленно, не сводя с Яхонтовой взгляда, от которого даже слегка плечами повела. — Пол часа и ты свободна сегодня раньше всех остальных, — при этом похлопал ладонью по столу. — Если хочешь второго — выходной, придется постараться немного больше.

Обычное её заявление на увольнение привело в ярость. Только ли заявление? Её самоуверенность. В то время, как у него ни черта не клеилось, работой себя загружал по полной, она великолепно себя чувствовала. Желание непреодолимое появилось с небес на землю спустить.