Онлайн книга «(не) твоя Снегурочка. Не думай, не мечтай!»
|
— Ин, я… — Ясно, — оттолкнув его, бросилась из кухни. Черт, что за женщина-то такая?! — Куда, — успел поймать в холле, к себе крепко прижал. На столько крепко, что выдохнуть едва сумела. — Больно делаешь, — услышал шепот. — Прости, — губы губ коснулись. Поцелуй больше слов сказал. — Ин, это не я тебе, ты мне подарок сделаешь. Шикарный подарок. Я и на дочку согласен. Только — от тебя. На тебя похожую. И без разницы стало, было у неё там что с тем, который в трусах по квартире разгуливал или нет. Почему-то казалось, что, измени ему, не вернулась бы. Другого склада характера. И он — не отец. Не хотел измен. Семью хотел. Нормальную. С любимой и любящей женой. С гарантией спокойного будущего, с надежным тылом… Эпилог Стоял замечательный сентябрьский день. Начало сентября, если быть сосем точными. Тепло ещё. Листьев желтых практически нет. В загородном доме Белова — оживление. Ровно неделю назад из роддома забрал жену с крохотным сыном. Сегодня — принимали гостей. Против был. Считал, что Инке отдых требуется. Тщательно следил за тем, как чувствует себя, как с малышом общается. Наслышан от друзей о послеродовой депрессии жен. Боялся. Даже психолога (хотя и слышал, что те не очень помогают) подыскал. На всякий случай. Нет, нормально, вроде, всё. На своем настояла. Через лужайку к дому несся Никитка. Условие поставил, чтобы Наташки не было. Родителей ждал. Любовница и жена на одном мероприятии… Прав где-то Трофимов. Не обязаны они ничем Никиткиной матери. Пацаненок — да, их крови. Но что касалось всего остального… — Рад, что у вас с Инной всё сложилось, — признался отец, когда от дома, к лужайке с накрытым столом шли. — Ошибок моих, сын, не повторяй, — добавил, задерживая взгляд на пацаненке. — Любимая женщина и секундное увлечение, поверь — оно того не стоит. Ошибок вот-таких не исправить. Подхватив мальчишку на руки, ускорил шаг. Белов слегка «притормозил». Мать наблюдала за приближением отца. С мальчишкой на руках. Оглянулся. Их догоняла Инна. Малыша няне со скрипом доверяла. Даже когда тот спал. Вот тут — маленькая проблемка вырисовывалась. Да, мать, всё понимал. Но одержимости слепой боялся. Приостановившись, дождался. Приобняв, к себе на какие-то секунды привлек, поинтересовавшись: — Хорошо всё? — А должно быть что-то не так? — прозвучало в ответ. — Макс, он совсем малыш, — тихо напомнила мужу. — К нему меня ревновать не надо, ладно? — встретившись с взглядом Белова, очаровательно улыбнувшись, добавила, — Не мне психолог нужен, тебе. Няня — замечательно, я — совсем не против. Но няня — грудь не даст и тепло матери не передаст. Уходить от тебя в детскую я не собираюсь, но твой сын, прими это, нуждается во мне не меньше, чем ты. Ревность? Впервые… Хотя, нет, слышал и такое. Только считал, что вот сам — всё прекрасно понимает и принимает. Оказывается… его — просчитали. Где-то в глубине души боялся, что Яхонтова однажды не появится на пороге их спальни. Нет, сейчас воздерживался от каких-либо поползновений, прекрасно понимая, восстановиться ей надо. Но дальше-то… В отличие от отца, искать приключения на стороне, а потом решать проблему — совсем не хотелось. — Не ревную, — заверил, даря короткий поцелуй. — Не хочу только, чтобы… — не закончил, встретившись с её взглядом, с взглядом любимой и единственно желанной женщины. Женщины, подарившей сына, сделавшей бесценный подарок. Не закончив, подхватив на руки, направился к ожидавшим их у стола гостям. Из числа опоздавших оказались супруги Трофимовы. Ольга с лёту обняла Инку. Вот у кого, блин, дружба. Искренне за подругу — как переживала, так и радовалась. При всем своем отношении к жене друга, Белов общению Инки с мадам Трофимовой не препятствовал. Ну, да, было, недолюбливала его Ольга. Её право, в общем-то. Но и Инну не настраивала против него. — Давайте, после предстоящего Нового года — бусинку-красавицу, — выдал Серега, поднимая бокал вина и обращаясь к другу, — Макс, ювелиром себя покажи. Девчонку заделай. Это не пацана выдать. Тут работа тонкая нужна. — А это — как мадам Белова решит, — с усмешкой обронил Максим, склоняясь и даря жене легкий поцелуй в губы. — Попросит — постараюсь. Попросит время на передышку дать — с готовностью потерплю, — заверил, присаживаясь в свободное, рядом, садовое кресло. Атмосфера исключительно дружелюбная. Даже родители на какое-то время свои распри оставили за пределами их с Яхонтовой дома. Самым беззаботным был — Никитка… Конец. |